Переулок

На утро они на несколько недель расстались, но потом встретились вновь: Эдгар сменил место работы, и стал Алисе коллегой.

Видеться стали чаще. Эдгар начал подвозить её до работы. Вскоре отношения стали развиваться бурными темпами. В конторе заметили их связь и смотрели косо. Эдгар разругался с начальством и открыл своё дело. Выстрелило. Алиса перешла к нему на должность заместитеся директора уже в качестве законной супруги. Филиалы разрастались по России, как хищная грибница, и вскоре перебрались за рубеж.

А Алиса к этому времени уже вышла из декретного отпуска. Да и пробыла она там недолго – как родила дочь, спустя пару месяцев сплавила её на попечение нянек. Родителям про внучку сказала только когда ей стукнуло два года. Не хотела говорить из-за старой обиды и в отместку за их противную жалость. Тогда же узнала, что отец начал попивать. Вероятнее всего, со скуки. С братом особо не общалась. Мать хорошо приняла внучку, но Алисе всё казалось, что радости в глазах родителей за её успех меньше, чем ей хотелось видеть.

И через несколько месяцев узнала, что случился пожар. Мать тогда приезжала с ночёвкой присмотреть за дочерью Лёвы. Тот свалил в командировку, оставив жену одну – вот свекровь и пошла выручать.

А проводку, в отличие от канализационных труб, в старом доме никто не менял. Судмедэксперты говорили потом, что отец задохнулся во сне от угарного газа. Мать, лишившаяся мужа и крова, перебралась жить к Лёве. Но Алиса узнала об этом всём постфактум – когда вернулась с Бали.

К тому времени она уже успела убедить себя, что там, в переулке без имени, у неё прихватило сердце или скакнуло давление, от чего она просто свалилась в обморок и видела кошмар. Сердце ёкнуло в сомнениях, но Алиса себя успокоила. Дома в Ухтомке периодически горели, а она не в ответе за безалаберность отца.

И буквально через пару лет пришлось навестить на кладбище. Семья брата к этому времени попытались разъехаться с матерью – перебрались в многоэтажку через пару кварталов.

Неисправный лифт. И два гроба – стандартный и детский. Жена и дочь Лёвы.

Алиса уговаривала себя, рыдая в подушку от жалости и чувства вины, что она тут ни при чём. Дань морозной колдунье уже ведь заплачена трагичной кончиной отца? Или же нет? Или это всё ряд случайностей?

Мать, терзаемая чувством вины и скорбью сгорела за несколько месяцев. Винила себя в том, что из-за неё семья сына была вынуждена переехать. И не могла смириться со смертью внучки.