Беата умрет последней

Беата хмыкнула и качнула головой. Бесполезно. Ее могло выдать только столкновение с кем-то: чары невидимости были хрупкими и исчезали при нарушении границ. Еще ее показали бы зеркала и любые отражающие поверхности, но на улице их не было.

Она направилась в лес.

По тропе она шла спокойно, но успела заметить тот миг, когда возникла и тут же сгинула ложная. Обувь, натертая порошком артемизии, прекрасно разрушала чужие мороки. Наконец она остановилась, спустила фамильяра на землю и воткнула посреди тропы костяной нож.

– Не отходи от меня далеко, – приказала Беата и сошла с тропы.

Вот так. Обратно они дойдут по связи между ножом и Пуховкой. Эдакая нить Ариадны. Никто не заблудится.

Отвар багульника, выпитый перед выходом, обострял восприятие, но никаких угроз в лесу не было. Никто не пытался зачаровать ее или напасть. Как она и полагала, опасность леса была преувеличенной.

Но место из транса не находилось. Беата обыскала все, но чары и заговоры не помогали. Пуховка следовала за ней, однако ничем не помогала.

Беата начала замерзать.

– Да где же ты?! – зло зашипела она. – Этот чертов лес не такой большой, чтобы я не нашла ту поляну! Где она?

За ее спиной раздалось мяуканье.

Черная, как ночь, кошка смотрела на нее с очевидной насмешкой. А потом уверенно пошла прочь, изредка оглядываясь на Беату.

Та вздрогнула.

Черные фамильяры хорошо чуяли враждебную магию и ауру демонов, раздувая даже потухшие отголоски старых чар. Пуховка же, напротив, сбивала поиск, подавляя их. Лучшая защита – избегание опасностей.

Она решила рискнуть. Даже если впереди ее ждала ловушка, Беата могла получить много важной информации, а то и встретить своего врага. Чем быстрее это произойдет, тем лучше.

Перед ней открылась поляна с мшистыми валунами, полускрытая оврагом.

Беата осторожно спустилась вниз. Черная кошка подбежала к центральному камню и вспрыгнула на него. Вспыхнули тонкие колдовские линии.

Больше на поляне никого не было.

Она огляделась и внезапно узнала это место. Не иначе, как отвар багульника помог, подняв из глубин памяти давно забытое.

Здесь она с подругами колдовала тайком от родителей. Они варили первые, простенькие зелья и чертили руны. Но об этом месте знали только свои: девочки пробовали на нем чары отвода глаз.