Больница имени Манделы

Но на самом деле афоризм Талейрана следует трактовать буквально. Предательство наделяет даром предвидения. В частности, предвидения возможностей, где можно предать ещё. Представляете? Положительная обратная связь, лавина, цепная реакция. Наркотик, вниз по накатанной. Талейран, кстати, был василиской, знал, о чём говорил...

— Выводы?

— Очевидны. Василисок нужно уничтожать, а не пытаться использовать. Попробуете эту силу приручить — она сожрёт вас с говном и не подавится. Что чуть было и не произошло. Мы приехали?

Вместо ответа крепыш повернул мою коляску ещё раз и мы упёрлись в конец коридора.

Он заканчивался дверью и там уже дежурили два санитара — кажется, те же самые, но может быть и нет. Я бы мог это определить, но мне было незачем. Они распахнули перед моей коляской обе створки и вкатили её в помещение, почтительно забрав у Константина Анатольевича.

Это действительно была прозекторская — большая и хорошо освещённая. Столов-каталок тут было много, но все они пустовали. И вообще кроме нас четверых тут, похоже, никого не было.

Или он хорошо спрятался.

— Ну и? — спросил я. И тут же противоположная дверь распахнулась и ещё двое санитаров вкатили каждый свою каталку. На каталках лежали тела — укрытые простынями с большими пятнами крови на них. Каталки подкатили ко мне и санитары откинули ткань с лиц.

Головы находились, в общем, в неплохом состоянии — хотя было видно, что они являлись одной из первоочередных мишеней. На девичьем, почти детском лице василиски застыло обиженно-удивлённое выражение: как же так, как же так, я ведь почти успела!.

.

Но, как известно, почти — не считается.

— Обратите внимание, — сказал я ни к кому конкретно не обращаясь. — Ваша начальница охраны неслабо так похожа на эту тварь. Выглядят близкими родственниками. Я понимаю, что в этом учреждении способность удивляться быстро атрофируется, но всё же — никто не находит это странным? Ни у кого никаких вопросов?

— Я нахожу странным. У вас есть объяснение этому факту?

— Есть, Константин Анатольевич, есть.

Она поменяла внешность — вместе с реальностью. На старых видеозаписях она будет выглядеть точно так же, хотя на самом деле выглядела иначе.

— С чего вы взяли, что иначе?

— Вы не забыли, что всё это время я пытаюсь её убить? И что поймали вы её вместе со мной, почти одновременно? Я-то всё помню. А как ваша больница называется, чьё имя носит?

Больница носила имя Нельсона Манделы. Воцарилось молчание.