Полуэкт и "Вечная смерть"

Из ценных вещей остался разве что канделябр — увесистый, отлично подходящий для того, чтобы швырять в обнаглевших крыс, а потому Полуэкт всегда держал его поблизости.

Не открывая глаз, он протянул руку к тумбочке, и вдруг наткнулся на что-то мягкое... Раздался вскрик, что-то звякнуло, и его окатило чем-то очень горячим, с сильным запахом... кофе.

Полуэкт завопил от неожиданности и с недоумением уставился на перепуганную Лизу, прижимающую к груди поднос.

— П-простите, — пролепетала она, пятясь к двери.

— Да ничего страшного, — отмахнулся Полуэкт, оглядывая россыпь сахара на одеяле и безобразные коричневые пятна на собственной ночной рубахе, — я сам уберу. Только скажите, зачем вы принесли мне всё это?

— Матушка велела. Сказала, что кофе поможет вам проснуться.

Увидев выражение его лица, Лиза исчезла в мгновение ока. Кляня заботливость матушки, Полуэкт выполз из-под одеяла и направился в ванную.

Помывка под ледяной водой настроения не прибавила.

— Как спалось, дорогой? — произнесла Элеонора, восседая во главе стола. Высокая резная спинка стула делала ее похожей на королеву. — Я оценила твои продуктовые запасы, — она сделала широкий жест в сторону пустого стола, — это ужасно! И этот кошмарный тоник в холодильнике... Полли, пора взяться за тебя всерьез.

— Не надо за меня браться, я уже взрослый, — пробурчал Полуэкт, открывая холодильник.

— Забудь об этой гадости. С этого дня — только здоровое питание! И приведи в порядок дом, я чуть не провалилась в ванной комнате.

«Упс», — подумал Полуэкт, осознав, что о ванной комнате предупредить ее совсем забыл.

— Впрочем, я думаю, ты не безнадежен, — продолжила матушка. — Я прошлась по имению и увидела, что ты сохранил в хорошем состоянии домик садовника. И даже шторки повесил, такие веселенькие, в горошек.

— Это не я, это новые жильцы, — мысленно приготовившись к разносу, произнес Полуэкт.

Реакция последовала незамедлительно:

— Что? Ты сдал в аренду нашу собственность? Да как ты мог!

— С трудом, мама. С трудом. Найти жильцов для этой развалюхи оказалось непросто. Зато они сделали ремонт. И платят по десять монет в месяц.

— Ну что ж, — заслышав про деньги, мигом успокоилась Элеонора, — здравое решение.