Артур Рэйш. История первая. Когда темные боги шутят

— И вообще, тебе необязательно умирать.

— Да ну? — хрипло рассмеялся я, с трудом балансируя на грани сознания. — Сам посмотри: от меня ничего не осталось: почти все силы ушли на шкатулку, душа наполовину во Тьме…

— Фол вернул ее, иначе ты бы здесь не лежал, — так же спокойно ответил жрец. –– Ты, несмотря ни на что, принес ему пользу, поэтому, невзирая на твою дерзость, он предлагает выбор: смерть или служение ему.  

— Посвящение? — презрительно скривился я, сплюнув с губ темный сгусток.

— Для тебя это единственный шанс.

Я снова закашлялся и, почти не задумываясь, прохрипел:

— А что я с этого буду иметь?

Отец Лотий скептически поджал губы.

— Достойный ответ для мастера Смерти. Любой другой на твоем месте ухватился бы за такой шанс обеими руками, а ты еще условия выторговываешь.

— Ну да. Такая вот я неблагодарная сволочь, — оскалился я окровавленными губами. — Так что я получу от сделки? И не говори, что это не сделка — в противном случае Фол оставил бы меня там, где нашел, и никогда больше не вспомнил.

— Ты будешь жить, — неохотно сообщил жрец. С таким видом, будто я выпытывал у него страшную тайну. — Твои силы возрастут и станут немного  иными. Ты получишь проход через Тьму — она больше не станет тебя обжигать. Но взамен Фол потребует верности и беспрекословного выполнения его воли. 

— Так не пойдет, — упрямо прошептал я. — Что, если он когда-нибудь прикажет сделать то, на что я не смогу пойти? Или убить того, кто мне близок?

— Разве такие есть? — усмехнулся жрец.

— А вот это уже не имеет значения. Я хочу иметь право голоса. И если не отказаться, то хотя бы получить разъяснения его приказа.

Отец Лотий недобро прищурился, и в его зрачках снова плеснулась Тьма.

— Не стоит торговаться с богом, Рэйш, — тихо, по-змеиному, прошипел он, наклонившись к моему лицу. — Благодарность Фола не настолько велика, чтобы он согласился перед тобой отчитываться. А гнев его страшен.

— Тогда пусть катится в бездну, — устало закрыл глаза я.

— Зря…

Да пошел он… все они пошли! Мне без разницы, каким образом умирать. Я давно все решил и отказываться от слова не намерен. Даже ради Лена. Так что давайте… зовите Ее. Лучше уж так, чем потом кто-то скажет, что меня, как какую-то муху, прихлопнул пролетавший мимо кирпич.

Какое-то время в храме было так тихо, что я едва не решил, что уже помер.