На Восток

Сейчас кузина в своем синем платье из газа как никогда напоминала изящную фарфоровую статуэтку.

– Конечно, я! – не растерялся виконт.

– Но… – собиралась возразить Бланш. Однако Рауль уже нажал на клавиши. Красивая музыка заполнила зал, и кузине ничего не оставалось, как начать петь своим потрясающим, звонким, переливчатым, точно колокольчик, голосом.

Прослушав первую песню, я, извинившись, вышла на террасу. Стояла черная, точно лак на ножнах меча, ночь, украшенная поблескивающими кристаллами звезд.

– Дарлайн?

Я вздрогнула.

– Вы сбежали, – сказал Александр, подходя ко мне.

– Нет, я просто захотела подышать свежим воздухом.

– А я подумал, вы решили обмануть меня.

– Каким образом? – спросила немного дрожавшим то ли от волнения, то ли от холода голосом.

– Желание. Забыли? Помнится, вы проиграли несколько минут назад.

В груди кольнуло от предчувствия чего-то неизбежного.

Поднявшийся ветер принес тонкий волнующий аромат весеннего городского вечера, в котором смешались запахи моря, цветов, дыма.

На долю мгновения я испугалась того, что он мог попросить. Тревожно огляделась по сторонам. Мы стояли на ярко освещенной и пустой террасе. Прямо на нас, не мигая, смотрели огромные желтые окна дома герцогини Энис, откуда доносились голос Бланш, музыка, аплодисменты, смех… Мы были на виду у всех и в тоже время совершенно одни.

– Хорошо, – согласилась, обхватывая себя руками. – Только умоляю, не просите меня петь.

– Тогда что же мне попросить?

Он был так близко, что я чувствовала дыхание мужчины на своей шее. Сердце забилось чаще. Мне казалось, что сейчас что-то произойдет. Вот-вот. Секунда, другая… но Александр лишь накинул мне на плечи свой камзол.

– Не стоит, – попыталась возразить я.

– Вы замерзли, – заметил Александр.

Он был прав, но я не желала соглашаться. А прохладный ветер, пытаясь сорвать первый цвет, шуршал в ветвях, на которых набухали бутоны слив и вишни.

– Извините, я пойду. Пожалуй, на сегодня с меня хватит впечатлений. А желание я обязательно исполню в другой раз. У вас будет время подумать…

Поцелуй был мягким, нежным, бережным. Мой первый поцелуй.

– Ни хен меи, Дарлайн, – прошептал он.