Агент санитарной службы

А шаги странные: редкие, твёрдые, но не звонкие – словно калошу на копыто надели. Выскакивать следом – не резон. Во-первых, скорее всего не догоню, во-вторых, бегать по коридорам в голом виде – моветон. Ну и чёрт с ним. Я ещё некоторое время таращился в потолок, потом закрыл глаза. Сон у меня не как у порядочных людей, а исключительно по служебной надобности – для слушания личного эфира. Вдруг Канцелярия что срочное сообщить хочет. Поэтому с чистой совестью, в тёплой койке...

Через полтора часа убедился, что никто ничего сообщать не желает, что местные интересанты – подлые ленивые трусы, и, значит, надо самому идти на охоту.

Оказывается, зря я о чемодане нехорошо думал. Он насквозь почти и не промок. Внутри только немного всё влажное, но вода не хлюпает. Ругаясь сквозь зубы, я натянул холодную сырую рубашку и всё остальное. С другой стороны, сам виноват. Мог бы сразу чемодан распаковать. Оно, конечно, ничего бы не высохло, но хоть согрелось.

***

Скрытые светильники выхватывали из полумрака сверкающую стеклом и бронзой стойку бармена.

Рабочее место за стойкой пустовало. Всё прибрано и, похоже, закрыто до утра. Тем не менее, посетители были налицо. Двое мужчин оживлённо беседовали на фоне полуночного окна. Один что-то яростно доказывал, другой очевидно сомневался. При моём появлении оба оглянулись, причём тот, что доказывал, невежливо сморщился.

– Бар закрыт, – сообщил он.

– Понятно.

– Только заселились? – осведомился другой.

– Да. Вот думал еду найти, – соврал я.

– Бар закрыт, – повторил Капитан Очевидность.

– Фисташки устроят?

Похоже, собеседнику Капитана уже осточертел спор, и он жаждал разбавить компанию. Что же, я всегда готов помочь. Если это совпадает с моими планами.

– Пётр, – представился я, пододвигая тяжеленный стул к их столику.

– Игорь, – протянул руку тот, что предложил фисташки.

– Алексей Григорьевич, – степенно кивнул Капитан Очевидность, – Стаканов.

Я не торопясь огляделся. Пара деталей определённо выбивалась из картины классических мужских посиделок с пивом, водкой и умными разговорами под шум дождя. Прямо перед Алексеем Григорьевичем среди непочатых и вскрытых банок пива желтел череп. Натуральный, хорошей сохранности человеческий череп лежал макушкой вниз на невысокой подставке. В глазницах поблёскивал полированный камень.