Дом вверх дном

Вокруг шумел город, в котором он родился и провёл всю свою жизнь. Но в привычной суете Рэй никак не мог понять — почему душу скребут невидимыми когтями. Пока однажды с болот не пришёл туман.

Он остановился в городе как останавливаются туристы и принялся бродить вместе с Рэем. День, два, неделю. Туман распаковал чемоданы, разбросал вещи и плюхнулся брюхом на центральную площадь, уставившись прямиком на школу. Он глазел, моргал и точно не собирался уходить.

Рэю с трудом давались задачи по арифметике, но все же он сумел сложить вместе тревожные сны, туман, кладбище, перекрёсток, подвал и дверь.

До боли знакомую дверь с облезшей голубой краской. Дверь, к которой Рэя тянуло теперь с удвоенной силой. Но что-то огромное, скользкое и липкое ворочалось в груди каждый раз, когда он проходил мимо. Рэй испытывал то чувство, когда точно знаешь, что ответы непременно найдутся, стоит лишь задать вопрос, но отчего-то никак не можешь решиться.

В один из особенно туманных дней Рэй сказался больным и не пошёл в школу.

Он верил, что если действовать, то лучше сейчас, пока окончательно не свихнулся.

Рэй, как обычно, вытащил ключ из ящика внушительного дубового стола в отцовском кабинете. Ключ был ржавым и грубым. Как котëл в подвале, сама дверь и даже отец.

Ключ с трудом поворачивался в скважине, шёл невероятно туго, словно давая понять — Рэй совершает ошибку. Хоть и утешается тем, что это всего лишь дверь во всего лишь подвал, и всё-всё в этот раз будет по-прежнему: ступени, фантики.

..

Но Рэй справился. Он подпер дверь плечом, и на рубахе осталось несколько голубых чешуек, навалился всем телом, толкнул… Ключ щелкнул, сдаваясь на милость победителя. Древний замочный механизм сработал как часы. Рэй отошел, выдернув ключ, и крепко сжал его в кулаке на случай, если внутри окажется что-то или, не приведи бог, нечто. Старая тяжелая дверь, помолчав пару секунд, насладилась внезапной тишиной, зависшей над “Вратами Соломона” и, может быть, целым городом. А после распахнулась.

Сама.

Туман снаружи сжался в комок, словно его настигла желудочная колика. Фонарик в потной ладони Рэя извиняясь мигнул и погас. Холод прошёл вдоль позвоночника до затылка, заставив волосы на нём шевелиться. За дверью не было ничего. Вернее, было ничто. Ступени утопали в прожорливой темноте.

Поток ветра, влетевший в окно, подтолкнул Рэя, и он шагнул вперед. Дверь с подозрительным скрипом закрылась за его спиной.

Эллейн

Вокруг простиралась темнота.