Шёпот мёртвых

Если бы патологоанатом знал, что его ждет еще одно дело, ушел бы домой еще пару часов назад. Но он задержался. Не сказать, что работа у него любимая, но его вечно останавливала нелюбовь оставлять незавершенными уже начатые дела. Она-то и погнала его после ночной смены топтаться возле не первой свежести трупа, стирая запястьем легкий пот с висков.

Ассистент втолкнул дальше в помещение каталку, с усердием пытаясь продвинуть ее дальше. Даже язык вытянул.

Черный мешок, обычный для этого места, был чуть приоткрыт возле лица, заставляя тут же зацепиться за слишком теплые цвета кожи и розоватые губы.

– Недавно умер, что ли? – без интереса спросил Тодор, пропуская Фарека дальше к стене, где сгрудился еще один труп девушки, недавно доставленной в их светлую, но угрюмую обитель. – Кто мешок так закрывает?

Ассистент ничего не ответил, только бросил быстрый взгляд на Тодора, будто сам осуждал своего негласного начальника за слишком сильное недовольство. Мирамо чуть подвинул каталку, пытаясь поставить ее удобнее, и тут же развернулся к мужчине.

– Мне сказали, что это срочно. Сын какой-то важной шишки. Было велено быстро оценить тело, узнать причину смерти и дать знать в отдел, – затараторил мальчишка, светловолосый, с яркой зеленью глаз, высокий и слишком похожий на чертовых моделей, чтобы горбатиться в морге, но слишком перепуганный, чтобы так просто игнорировать его слова.

Тодор окинул его тяжелым взглядом, напоминая и без слов, что запросы у некоторых из стражей порядка в одном из отделов наверху те еще.

На быстрый осмотр он мог отдать пару минут и сказать только, что погибшего могли ударить по голове, если шишка будет достаточно большая. Но Фарек смотрел побито, сжимая в руках планшет с парой листочков от местного детектива. Мало кто мог напугать того, что ночевал и дневал рядом с трупами. На такое зверство из всех полицейских был готов только один знакомый им детектив. И радости это не прибавляло.

– Когда умер? – вновь спросил Китлали, отодвигая парня, чтобы добраться до лежащего у него за спиной тела.

Фарек начал быстро листать документы на труп, пытаясь найти нужную строчку в отчете местного судмедэксперта, почерк у которого всегда желал лучшего. Тодор недовольно хмурился, натягивая новые перчатки вместо окровавленных от прошлого дела и вновь поправляя маску.

На часах, что висели за спиной, высвечивалось только девять утра, но бессонная ночь давала о себе знать в легком недовольстве и чуть сильнее сощуренных глазах.