Во все Имперские ТОМ 10 Крокодил

Потом девушка аккуратно вынула из груди Рюрика сердце — крупный кусок мяса. Над ним вдруг сверкнула аура — черно-золотая...

— Да помилуют нас боги! — Кабаневич рухнул на колени, — Ваше Высочество, остановитесь, я же вас предупреждал...

Мертвякова так и замерла — с серпом в одной руке и с сердцем Рюрика в другой. Вид у девушки был все такой же мрачный, но она явно была совершенно спокойной. Мертвякова вопросительно поглядела на Полётова.

— Продолжайте, — коротко распорядился Полётов, — У моего друга просто нервы ни к черту.

Мертвякова поместила сердце Рюрика в серебряный сосуд. Потом серпом развела ребра покойника, явно пытаясь добраться до желудка.

Тело Рюрика под руками и инструментами девушки стало как будто пластилиновым, мягким и податливым.

Тем временем черно-золотая аура Рюрика металась все более угрожающе, над телом древнего вяряга уже возник целый магический вихрь, от которого шли потоки магии, мешавшиеся с черной аурой Мертвяковой.

Мертвякова кашлянула:

— Кхм... Проблема, шеф.

— Что еще? — недовольно поинтересовался Полётов.

У Кабаневича теперь был такой вид, как будто он хочет покончить с собой от страха и горя. Герцог явно воспринимал происходящее, как лютое святотатство, но спорить с Полётовым не решался.

— А вот что, — произнесла Мертвякова, доставая из тела Рюрика еще одно сердце — уже второе.

Я от удивления даже забыл съесть очередную ложку своего рагу и так и застыл с ней, не донеся кушанье до рта.

— Это как вообще? — спросил я, — У Рюрика два сердца, как у космодесантника из Вархаммера?

— Нет, — холодно ответила Мертвякова, — Вообще, у него три сердца. А вот желудка на самом деле два.

— Как это все умещается в одном человеке? — ахнул Шаманов.

— В таком человеке вполне себе уместится, — хмыкнул Глубина, — У него рост за два метра. И грудина шире обычной человеческой. Ну и самое главное — логично, что у Рюрика больше чакр, чем у любого другого мага.

— Саги не могут такого говорить, — заспорила Тая, — Систему рангов придумал только Соловьев, в девятнадцатом веке. А саги появились за тысячу лет до этого, я про настоящие саги, конечно же.