Наследник Исчадья

- Дейнар, - я уставилась на него, - ты – король!

Он улыбнулся, и у меня дух захватило от его улыбки.

В этот момент, на короткий миг, я поверила, что у нас все будет хорошо.

17. Ардин Аусверри

Мне не хотелось верить, что для Дейнара все закончится вот так. Тюрьма – не место для юного мальчика, особенно для такого, как он. Но упрямый мальчишка отказывался от спасения. И я, каких-то несколько месяцев назад боявшийся, что его история станет известна миру, готов сам ее обнародовать. И не важно, что за этим последует, если это спасет его от тюрьмы.

Вот только Дейнар не желает спасения такой ценой. Он против – и мне остается только надеяться, что он передумает.

А пока – выполнить его последнее желание на воле.

К сожалению, у меня не получилось сопровождать их на экскурсии. Я не был куратором курса, да и свои занятия отменить не мог. Но сомнений, что Дейнара доведут до министерства, у меня не было. Ведь это – часть экскурсии, и не вызовет подозрений.

Я как раз сидел в кабинете, готовясь к последнему на сегодня занятию, когда мой переговорник вдруг ожил.

С изумлением я смотрел на разговор двух могущественнейших магов Провинций. Разговор, состоявшийся пятнадцать лет назад.

Разговор, переворачивающий с ног на голову все представления о минувшей войне.

Тэссена была права. Как и Дейнар, не веривший в виновность отца. Я полагал его предвзятым, но ошибался.

Как и большинство магов, принявших вину Исчадья.

А затем меня ждало еще одно потрясение, когда я увидел обращение Тамиона Суотерри вживую – хотя тот считался погибшим вот уже пятнадцать лет! Но он и впрямь был жив, о чем свидетельствовал Дейнар, которого Тамион продемонстрировал всем Провинциям.

В этот момент Дейнар вовсе не выглядел тем бандитом, каким показался мне при первой встрече. Его вид, растерянный, какой-то беззащитный, как нельзя более подходил невинно осужденному, подтверждая правоту его отца.

Поэтому слова об аресте членов Совета не вызвали ни малейшего отторжения.

Я бы восхитился игрой Дейнара, если бы не знал, что он не играет.

Едва трансляция завершилась, я бросился в кабинет гинна Наиде.

- Вы видели? – ворвался я к нему, и обнаружил, что не первый.

- Все видели, - страдальчески потер он виски.

- И что будем делать?

Гинн Наиде взглянул на меня удивленно:

- Продолжать работать. Мы не стража и не политики, уверен, со всем этим разберутся без нас.

- Но, гинн Наиде! – запротестовала одна из преподавателей.