Непозволительная роскошь

Да, ресторан, нарядная публика за столами, официант, который нечаянно уронил салфетку, наклоняется, чтобы ее поднять…

…Артем выпрямляется, держит в руке пойманную змею …

Она чуть было не бросилась к нему.

Официант с поднятой салфеткой вышел из зала.

– Ты понравилась моей маме, – сообщил Леонид.

– Это было обязательное условие? – спросила Надя. – А если бы не понравилась?

– Но ты же понравилась, – улыбнулся он.

– Ты хороший, – задумчиво сказала она, пытаясь разобраться в своих чувствах.

Надя замолчала. Леонид положил вилку, стал очень серьезным.

– Но тебе чего-то не хватает, – сказал он.

– Да, – согласилась Надя. – Ты – замечательный врач. Прекрасно ставишь диагнозы. Мне действительно чего-то не хватает. И я даже знаю, чего. Ночной реки, лодки, ползающих змей и летающих школьников.

Леонид смотрел на нее обеспокоено.

Но она, разобравшись, наконец, в своих видениях и ощущениях, уже не могла остановиться.

Они вышли на улицу – на простор, на воздух, к темнеющему небу. Надя раскинула руки – вот бы туда, в это небо, на котором скоро засияют звезды.

– Так хочется летать! – воскликнула она.

Леонид прикоснулся к ее лбу, обхватил руками ее голову, вгляделся в зрачки.

– Наденька, ты переутомилась, – сделал он вывод.

Она засмеялась, высвободилась:

– Со мной все в порядке.

– У меня есть знакомый психиатр… – осторожно начал Леонид.

Но она шла по улице, раскинув руки, чувствуя, как нарастает в ней веселая сила, которая сможет преодолеть земное притяжение: притяжение земли, притяжение всего земного – будней, проблем, забот...

– Нет, он мне не нужен, – сказала Надя про психиатра. – Мне нужны другие люди.

– Наденька, прости, я не совсем понимаю. Это как-то нелогично, – ответил Леонид, еле поспевая за ней.

– А ты смог бы собрать ползающих змей?

– Нет, я – врач, а не змеелов. Я бы вызвал МЧС.

– Что? Конечно! Это идея. Спасибо! – и она, быстро чмокнув Леонида в щеку, побежала по вечерней улице, на ходу доставая сотовый.