Добромысловъ Plaza

И правда, после её приключений можно и в ведьм поверить. Наверняка здесь где-то парочка летает на мётлах. Можно было бы посмеяться над шуткой, если бы силы оставались.

– Кости, – произнесла Надя, прикрыв глаза. Как же она устала.

– Что?

– Кости. В этом доме в стены замурованы человеческие кости. Из ямы с никому не нужными покойниками, которая тут раньше была. Ярослав приходил за ними. Выковырял и унёс.

– Вот как. – Батенко помолчала. – Впрочем, ничего удивительного. От этого бизнесмена чего угодно можно было ожидать.

– Не помню, как место называется. Там, в лесу есть Ломодунов камень, за ним речка, а за ней – берёзы корнями вверх. Но эту речку никто не может переплыть. Вот туда он их и унёс.

– Никто не может, а он переплыл?

– Так он же… – Голос пропал сам собой.

– Пойдём. – Батенко указала на дверь. Надя вышла в тёмный подъезд.

Следовательница закрыла дверь и приклеила на косяк бумажную полоску. Опечатала, стало быть. Надя всё ж таки иногда смотрела детективные сериалы. А почему полоски не было, когда она пришла? Ясно, приманка.

– Вот что. – Батенко встала прямо напротив Нади. – Никому и ничего не рассказывай. Понятно?

– Понятно, – тихо проговорила Надя.

– Вот и славно. Теперь иди домой.

– До свидания.

Надя потопала дальше вверх. Батенко, судя по тишине, некоторое время просто стояла на площадке. Наверное, контролировала, чтобы Надя точно добралась до своей квартиры.

Не рассказывать никому. Ясное дело. Она ведь не дура, чтобы болтать.

Марк. Вот ему Надя уже умудрилась всё разболтать. И что теперь делать?

Надя вошла в свою квартиру. Бросила на пол сумку с коньками. Привалилась спиной к двери. Правда, что теперь делать?

Однажды она слышала, как приятель Пэт посоветовал ей снять штаны и бегать. Хорошая идея. Но это в другой раз. А сейчас, пожалуй, лучше умыться, принять душ, сварить какао. И нарядить ёлку. А то как-то мрачно.

Пока какао закипало, Надя принесла на кухню гирлянду с серебристыми лампочками.

Новогодняя ночь, конечно, прошла, зато впереди ещё Рождество и Старый новый год. Хотя надо было пораньше уркашательствами озаботиться.

Надя встала на табуретку и потянулась к гардине, чтобы прикрепить гирлянду. Ну и что, что она в домашних шортах и чалме из полотенца, здесь некому в чужие окна заглядывать. Разве что Ломодун из леса посмотрит.