Человек

Задержала внимание на замке двери. Глянула на Димку. Тот делал вид, что сосредоточен на карте.

— Все готово, — произнесла она. — Я поторопила Ашота. Он будет в течение получаса.

— Что с Трофимовым? — спросил Север, и Димка тут же навострил уши.

— Точку выхода установили. Район дерьмовый, скажу сразу.

— Северный? — догадался я.

— Уже показали все поселения?

Сдержанно кивнул.

— Да, район северный, — подтвердила рыжая. — Кирилл уже почти подготовил снаряжение. Так что прямо сейчас идем в хранилище, переодеваемся и дожидаемся Ашота.

Алиса секунду помедлила, спросила:

— Кто-то хочет отказаться?

Она предупреждала, что тут никого не заставляют отправляться насильно. Кирилл, наверное, уже дал согласие, Ашот, раз едет сюда, тоже. Остались мы трое.

— Я — за! — тут же вставил Димка.

— Поддерживаю, — коротко бросил Север. Уверен: кто-кто, а он ни разу не отказался от вылазки.

Ведьма перевела вопросительный взгляд на меня. И я понял: вот она, еще одна проверка.

— Я иду, Алиса.

Рыжая вздохнула. Непонятно, чем было вызвано ее сомнение: то ли тревогой по поводу причин, побудивших меня отправиться с ней, то ли опасением, что ее старательно подобранная команда отныне будет вынуждена терпеть меня и мои возможные срывы. А может, она сожалела о том, что жизнь поступила опрометчивым образом, сведя нас всех вместе. Или это судьба заплела столь тесный узел из людских душ?

— Не переживай, Алиса. Я не буду обузой. И кстати, — обратился я к Северу и Димке: — даже не думайте меня спасать, если отстану или меня схватит монстр.

— Разве ты не хочешь спасти человечество? — угрюмо спросил Дима.

— Хочу. Но не только.

— Тогда что?

Я молчал.

Этого ему знать не надо.

— Алексей, один в поле не воин, — не дождавшись ответа, произнес старую пословицу Дима.

— Воин, если знает, что он один, — возразил я. — Спроси у Севера, если не веришь мне.

Сергей Пахтусов, по кличке Север, действительно пережил на своем веку немало. Пускай он молчалив и скрытен, но взгляд, которым он только что меня смерил, — пронзительный, ледяной, усталый, но не сломленный, — говорит об опыте, которым здесь мало кто обладает. Даже Кирилл, и тот не дотягивает. Потому что имел смелость привязаться к Диме как к своему младшему брату, а Север — нет. Север ни к кому не привязывался. Он один. Как и я. И до сих пор воюет.