Мрачный дом

Я не знал, что делать с Теодором: отправить его домой? Но такая поездка в такое время будет стоить мне слишком дорого! Да и одного его отправлять опасно – вдруг, с ним что-то произойдёт? Привести его к себе я не мог – я жил в маленькой комнате, где и одному-то места мало. Да и не знал я, как отнесётся хозяйка дома к такому ночному гостю…

Находясь в замешательстве, я выволок Теодора на улицу, и только тут сообразил – Густав живёт неподалёку, у него большой дом и он наверняка найдёт место для своего приятеля.

Было далеко за полночь, когда мы добрались до Густава.

Мне было крайне неловко перед родными Густава, которых я потревожил. Но Густав ободрил меня, сказав, что я поступил правильно. Он не стал будить слуг, а попросил помочь меня. Мы затащили полубесчувственного Теодора в комнату и бросили на постель. Во время этих передвижений, Теодора стошнило, и он испачкал меня. Волей-неволей пришлось разбудить служанку, чтобы она почистила мой костюм. А пока Густав одолжил мне свой халат и мы уселись в гостиной у камина.

- Мартин, вы никогда не задумывались о карьере священника? - вдруг спросил Густав, - Мне кажется, это ваше! Мне вот так и хочется исповедаться вам. И мне кажется, я не первый и не последний, кто обращается к вам с таким желанием…

- Да, вы правы, Густав. Люди часто доверяют мне. Полагаю это потому, что я врач… - я подумал, что и двух часов не пошло, как я выслушивал излияния Теодора.

- Да нет, - вновь сказал Густав, - ваша профессия тут ни при чём. Есть в вас нечто такое…Во-первых, кажется, что вы никого не осуждаете…

- Пожалуй, вы правы, - вставил я, - я мало видел, мало пережил.

Какое я имею право судить человека, если не жил его жизнью, и не знаю, каково ему пришлось?

- Во-вторых, - продолжил Густав, - я мало слышал от вас слов. И никогда эти слова не были о другом человеке. Создаётся впечатление, что вы не болтливы и умеете хранить тайны…

Я задумался, вспоминая, как много я знаю чужих тайн? И решил что немного. Так что сложно подтвердить или опровергнуть это утверждение.

А Густав продолжал:

- Позвольте же мне исповедоваться вам, ведь мало кому я могу честно рассказать обо всём, не упоминая ритуала… А упоминать его не стоит, тем более уж на настоящей исповедив церкви… – он усмехнулся, - так что исповедоваться лучше вам, а не святому отцу!

- Пожалуйста! – разрешил я великодушно.

Действительно, видно было, что Густаву хочется выговориться. Странно только, что он выбрал для этого меня, а не Теодора.