Мериамос 1. Золотая Лисица

Магистры решили не разъезжаться по своим квартирам. Теперь у них, должно быть, голова болит от попыток придумать, как поступить с Тишиной. Пока основной народ разбрелся по комнатам второго этажа, Лисара задержалась на первом.

— А я все гадала, когда же вы появитесь, — грустно улыбнулась она.

— Журнал?

— У меня, — она принесла с кухни сумку и распахнула, демонстрируя содержимое.

Выглядел он не лучшим образом, а пах просто ужасно. Кто-то пытался вывести кровь, и запах растворителя неприятно щекотал нос.

— Мне приказано убить человека, который перехватил Тишину.

Лисица задумчиво кивнула, бросив взгляд в потолок.

— Меня будет достаточно? Я все затеяла, спланировала и осуществила. Им незачем умирать из-за этого. Мы с девочками купили дом, не хотелось бы марать его внезапной смертью, — поджимая губы в неловкой улыбке, призналась она.

Кивнув, Зэван указал на выход. Они покинули дом, словно воры, прячась в сумерках. В заброшенном доме, среди пыли и переломанной мебели, она извлекла журнал из сумки. Осмотрев первый этаж, Лисица нашла его неудовлетворительным для смерти и поднялась наверх.

Там в одной из спален, где временно жили лэрты, пыли было меньше, и девушка вздохнула, бросив печальный взгляд на соседний дом.

— Могу я попросить сделать это быстро? — оглядывая скудную обстановку, спросила она.

— Конечно, — кивнул Зэван. — Мне сегодня еще с врачом договариваться, так что я тороплюсь. Лучше ложись.

Сглотнув, она опустилась на грязный пол. Заходящее солнце проникало через щели в ставнях, придавая бледному лицу девушки сияние, какое можно увидеть на старых картинах.

Золото кудрявых волос рассыпалось по пыльным доскам. Сложив руки на груди, она сжала дрожащими пальцами ворот куртки.

— Нож? — спросила она, начиная расстегивать одежду.

— Нет. Удушение.

Поморщившись, Лисица недовольно проворчала:

— Не самая приятная и быстрая смерть.

— Не волнуйся, в этом деле я мастер, — постарался улыбнуться он, опускаясь на колени.

Нервный вздох выдал дрожь. Закрыв глаза, она откинула голову назад, подставляя под грязные мозолистые пальцы белоснежную тонкую шею.

Зэван и сам ощутил неожиданное волнение. Под нежной, тонкой кожей пульсировала кровь. Когда он сомкнул пальцы, девушка не пошевелилась, только сильнее сжала кулаки.

— Ты потеряешь сознание и не заметишь, как умрешь, — наклоняясь, пообещал он, пережимая сонную артерию.

Дело кончилось быстро. Тело обмякло. Голова безвольно завалилась набок. Достав крохотное зеркальце, приложил к губам убитой.