Пленитель Душ. Книга вторая: Раб.

Мускулистые руки обхватили его сзади и зажали в тиски.

Было немного больно. Андради поистине обладал огромной силой, но справиться с Небесным Воином ему бы не удалось. Николай смог бы в два счета сбросить тяжелую тушу со своей спины, но, вновь показывать отменные навыки ему не хотелось.

По крайней мере, не сейчас!

Близко, очень близко они застыли от огромного куба, который держался на краю повозки изо всех сил. Крепкие руки напарника сковывали движения, и уже толкнуть плечом глыбу мрамора Николаю не представилось.

Но, он использовал другой вариант.

Повиснув на руках Андради, Парамонов согнул ноги в коленях и, что есть силы, направил свой гнев в здоровенный куб.

Удар получился не такой сильный, как предыдущие два раза, но оно того стоило! Громада мрамора скользнула с края настила и сорвалась с повозки, расколовшись надвое.

– Что ты наделал? – причитал Андради и тут же отпустил Николая.

Его негодованию не было предела. Никогда такой величины мраморная глыба не доставлялась на склад, и, по-видимому, уже не представится подобного случая.

Он, было, бросился к обломкам куба, но Николай его вовремя остановил:

– Рви поводья, Андради! Иначе, нам конец!

Андради был молод, горяч, но далеко не глуп. Он быстро оценил ситуацию, и понял, какими последствиями грозит бесшабашный поступок Николая. Когда спустя несколько мгновений, сюда пожалует стража рудника, им придется объяснять, что произошло. И порванные поводья повозок – весомый аргумент против нелепой и необъяснимой халатности.

Ему хотелось врезать по наглой морде Николая. Хотелось увидеть кровь на лице новоиспеченного раба, и совершить самосуд, пока не вмешались невольные зрители, понятное дело, в лице кого! Но, на это действительно потребовалось бы время, которого молодой раб не мог себе позволить!

Он ухватился за веревки, уперся ногой в остов повозки и, что есть силы, рванул. С первого раза у него не получилось. Слишком крепкими оказались «поводья».

Только с третьей попытки удалось их порвать. Недюжинная сила вкупе с порывом настоящей ярости сыграла свою маленькую роль в жизни Андради. Веревки треснули, не выдержав грубой силы, и раб, не удержавшись на мраморной крошке, упал на спину.

Где-то позади раздались крики надзирателей. Толпа из десяти человек ринулась в их сторону, поражаясь увиденной реальности. Огромная глыба мрамора теперь не представляла собой ничего ценного.