Ценнее власти

— Так что ты делаешь?

Если в первый раз я видела Бенеша во всём великолепии костюма от кутюр, то сейчас он принарядился. Тёмные джинсы, белая футболка, широкий кожаный браслет на руке и кроссовки — прекрасный наряд, чтобы бегать от оборотней, которые явно не прочь им подзакусить.

— Выясняю, чья кровь на украшении. — Мир вокруг снова расцвечивается дикими красками. — Как будто ты не в курсе.

— Нет. — Кроме крови на кулоне нет ни ведьмаческих заклинаний, ни какой-то другой гадости. Только кровь, и я привычно убираю слой за слоем.

— Серьёзно? — Прервавшись, я поворачиваюсь к вампирскому князю, который на изнанке мира далеко не такой красавец, как в реальности.

Сухая сморщенная кожа, тёмные провалы глаз и кровавые кляксы по всему телу. Хмыкнув, я разглядываю как будто свежие шрамы на шее и запястьях.

— Ты так смотришь. — Улыбается Бенеш демонстрируя кривоватые клыки длиной едва ли не до подбородка. — Нравлюсь?

— Очень, — хмыкаю насмешливо, и возвращаюсь к кулону.

— Оборотня. Восемьдесят семь с половиной лет, группа крови третья положительная, хронических болезней нет. Родился хилым, первый раз с девушкой был в пятнадцать, четырнадцать лет назад подсел на лунник, из-за чего стал истеричным и несдержанным.

— А имя?

Это всё, конечно, прекрасно, но в базе Теней не прописывается. Так и вижу, как они на меня посмотрят, когда я заставлю искать оборотня, который впервые занялся сексом семьдесят два года назад.

— Владимир Гавел?

— Вот это мы сейчас и выясним.

Аура кулона накладывается на остатки крови с него же и, прикрыв глаза, я смотрю чужую жизнь словно в быстрой перемотке. Рождение, равнодушие отца и матери, жестокость учителей, протянутая рука Мара. «Ты меня разочаровал», — от Гавела. И непрекращающийся шёпот вокруг.

— «А старший-то способнее».

— «Ублюдок получился удачнее».

— «С таким главой и кровососов не надо».

Груз неоправданных надежд. Лживая лесть друзей. И понимание, что ты всегда второй.

Вдох-выдох.

Картинки мелькают, словно в сломанном калейдоскопе — неправильно, накладываясь друг на друга, без порядка и хронологии. С каждой сценой всё больше погружая в пучину чужих проблем.

Ну, уж нет, мне и своих хватает, поэтому я отсекаю лишнее, последней увидев местную принцессу с тёплым взглядом и радостной улыбкой.

«Я люблю тебя, Влад. Мы все любим».

Передёрнув плечами, я уже всё понимаю, но заставляю себя вернуться в тёмную спальню с большим зеркалом.