Застенец

Очень уж у вас тут интересно.

— Приятно иметь дело с умным человеком, — кивнул собеседник. И уже даже собрался отправиться восвояси, точнее в библиотеку, но я остановил его.

— Подожди, Пал Палыч, почему ты решил, что ночной… гость мой друг?

— Так на дом заклинание защитное наложено, — пожал плечами соседушко. — Странное и не особо сильное. Скорее, сигнальное. Срабатывает только на тех, кто входит с мыслями навредить обитателям.

Ага, весело. Будочник меня почти убил своими гравитационными штучками, но сигнализация не сработала.

Потому что злого умысла у моего забавного во всех отношениях учителя не было.

Зато стало понятно, что жандармы здесь все-таки не совсем бесполезны. Они потому и расслабились, что знают, ничего плохого со мной не должно случиться. А если что, так сразу услышат. Ну хоть это немного успокаивало. Что называется, моя вера в человечность восстановлена. И в людей Максутова.

До обеда я страдал от безделья, валяясь в кровати. От книг тошнило и болели глаза. А других развлечений сюда не завезли.

Конечно, я бы не продал душу за работающий телефон с интернетом, но хотя бы потупить в телевизор было бы неплохо.

Вскоре вернулся Илларион, который заодно зашел к Фиме и предупредил, что сегодняшняя тренировка проводится без меня. Я примерно представлял, что там будет — ничего хорошего. Стадо баранов бегает за мячом, забыв все, чему их учили. Ну, может пасик пару раз отдадут, если все звезды сойдутся. Тренировка без тренера — это вакханалия. Так было и будет всегда. Значит надо быстрее приходить в себя.

Мне казалось, что еда в этом плане может здорово помочь.

Обед был не в пример скромнее, чем обычно, но я не съел и половины. Банально не хотелось.

К вечеру уже немного попустило. Я даже медленно, как после тяжелой болезни, ходил сам до туалета. А то Илларион с какой-то эмалированной уткой с ручкой уже стал порядком доставать. Мол, вы, господин, дела делайте, я к подобному привычный. Даже отвернусь, если стесняетесь.

Зато перед самым ужином в нашу дверь постучали. Это было настолько неожиданно, что стук костяшек в пустом доме заставил вздрогнуть.

Пришлось даже прислушаться к тяжелым шагам слуги и скрипу входной двери. Я ожидал кого угодно — товарищей по лицею, Самарина, Зейфарта или даже Максутова (чем черт не шутит), однако появившийся на пороге Илларион выглядел обескураженным..

— Граф Билибин, господин.

— Кто? — удивился я. У меня не самая лучшая память, но что-то мне подсказало, что с таким персонажем я еще не сталкивался.