Сладость, гадость и ночь наоборот

— ответила Камелия, останавливаясь у полки и вытаскивая фигурку одного из скорпионов из общей массы, кладя ее на свою раскрытую ладонь, — Это один вечер, сестра. Не волнуйся.

Киссия не отрывала глаз от темного затылка и заплетенных в высокую прическу таких же непослушных кудрей. Волнение не унималось в груди.

— Тебе не следует гулять так поздно одной. Это небезопасно для таких, как мы, — говорит Киссия в конце концов, смягчая тон, — Ночи становятся длиннее. Они могут прийти в любой момент. Тем более в такой день.

Камелия резко оборачивается. Ее теплые глаза широко распахиваются, на дне зрачка плещется ничем не прикрытый страх.

— Что ты такое говоришь, Кисси? — проговаривает она тише, голос перестает слушаться, — Не упоминай их.

Киссия непреклонна. Она складывает руки под грудью, сурово глядя на сестру.

— Это не шутки, Ками.

Камелия бросает фигурку скорпиона в коробку, подбегая к Киссии. Ее фатиновые юбки шелестят при каждом шаге, а в глазах блестят слезы и паника.

— Нет, нет, прошу, пожалуйста.

Стоящая в стороне Лиара неожиданно вступает в разговор. До этого момента она тактично делала вид, что занята восполнением запасов кексов и конфет за столом, но теперь — вмешалась.

— Кто хочет пунш и вызвать какого-нибудь духа? — спрашивает она, демонстрируя поднятые вверх два полных бокала алой жидкости.

Киссия поджимает губы. Камелия с секунду смотрит на сестру заискивающе, а после — хлопает в ладоши и бежит, шурша юбками, к столу.

— Я, я! — радостно поет она, принимая один бокал. Делает глоток не остывающего благодаря заклинанию напитка и прикрывает от наслаждения глаза, — М-м-м, как сладко и вкусно.

Лиара, услышав похвалу, улыбается, но осознав смысл комплимента, спешит склониться над вторым бокалом, вдыхая аромат.

— Сладко? Странно, я клала мало сахара в... — она осекается, принюхиваясь и делая глоток, — Ах, этот просто с соком.

Киссия смотрела с другого конца зала на то, как две ведьмы разбираются с перепутанными после уборки чанами с напитком и хмурится. Что-то тут не сходится. Камелия никогда не проявляла особой любви к жизни скоротечных и не интересовалась ими, предпочитая не выходить за пределы магических территорий, надежно огороженных от людей.

— Киссия, идешь? — спрашивает Лиара, оборачиваясь через плечо.