Реплика

Подлинные бойцы никогда не пёрли “с шашкой наголо” – в реальности нет возможности нажать на клавишу и, вернувшись в мир живых, продолжить боевую задачу. Зато геймеры были напрочь лишены такого предохранителя – именно потому, что в привычной для них обстановке никакая смерть не была настоящей.

А вот здесь и сейчас она, похоже, настоящая. Настоящее некуда. Может, потому дядя Кубик не лез на рожон, и даже совершенно безбашенная Римма тоже не вылетала вперёд всех (знает ведь, что коллоид не то чтобы неуязвим – ему крайне сложно по-настоящему навредить).

Поворот за поворотом; этих, в чёрных плащах, становилось всё больше, и вдруг показалось, что попали на открытое пространство. Но только показалось.

Геометрию всего этого Александр по-настоящему прочувствовал уже потом, когда глядел на оперативные записи. Запомнилось яркое, напоминающее солнечный диск свечение над головой, и ещё: все уцелевшие люди в чёрном стремительно бросились кто куда. А Учитель спокойным, лишённым всяких эмоций голосом, приказал Александру, какое именно упражнение выполнять.

Какую цепочку упражнений.

Что творилось там, снаружи, Александр помнил смутно; исполнял цепочку упражнений, от них сложно оторваться так, чтобы одновременно воспринимать реальность.

Помнил только, что на полу зажглась странная диаграмма – искажённого вида не то звезда, не то что-то похожее; у кончиков лучей её начали разгораться неправильной формы пятна на полу, и словно чей-то голос шептал, отвлекая, раздражая и мешая, одну и ту же непонятную фразу “Enkaryshedfor anaia.

.. maen san Aforgomon...” и далее такая же абракадабра.

— Александр, старайтесь не отвлекаться, – напутствовал Учитель. А другим он, видимо, выдал иное указание: тени команды бросились к пятнам на полу – не встали на них, но встали рядом, и яркий, подобный Солнцу диск высоко над головой принялся плыть и пульсировать. И Александр ощутил – накатило – чью-то чёрную, едва переносимую злость и, как ни странно, страх.

Тени исчезли. Все разом – словно стёрли. Краем глаза Александр успел увидеть, как исчезают – уже не тени, уже их оригиналы – по эту сторону экранов.

Вначале дядя Кубик, затем – одновременно – Римма и Ника. Затем испарился Учитель. Александр успел ещё увидеть, что вскочившая со своего места Вероника бросилась к нему и толкнула, отбрасывая прочь от стола, поворачивая кресло в сторону. Александр успел ещё осознать, что закончил, наконец-то, все те упражнения, о которых сказал Учитель, и – услышал сигнал тревоги.