Реплика

– При таких возможностях? Что мешает этому мозгу, не знаю, сделать из коллоида сколько угодно солдат, или кто там ему нужен, и отправить туда, где всё случится? Я сомневаюсь, что армии всей Земли смогут справиться с этим комплексом. И зачем им мы?

— Здесь нет никого живого. Это автоматическая станция, инструмент, – терпеливо повторила Вероника.

— Откуда ты знаешь? Уверена, что тебя не ввели в заблуждение?

— Уверена. Есть способ в этом убедиться. – Вероника смотрела ему в глаза. – Я не прошу просто поверить мне.

— И можно обучиться тому, чтобы понять, что Учитель не лжёт? Ты ведь так называешь здешний мозг, верно?

Вероника покивала.

— Мне было очень страшно, – уселась она на стул напротив Александра. – Когда только Кубик начал объяснять. И я могу только догадываться, насколько страшно было ему. Ты прав, Саша. Комплекс сильнее всех, кого мы знаем на Земле. Но у него нет своей воли, своего плана, своих целей. Это автомат, инструмент, называй как хочешь.

— Останешься здесь, если я уйду?

— Останусь. Извини. Я верю Кубику. Это всё всерьёз.

Александр покивал, спрятав лицо в ладонях. И вздохнул.

— Ладно. Я буду учиться. Чтобы всё понять, а потом уже поговорим. Если будет это “потом”.

Вероника встала и, сделав шаг к нему, обняла его голову.

— Спасибо, – прошептала она едва слышно. – Саша, тебе нужно отдохнуть. Выспаться. И хоть немного успокоиться. Я останусь, если хочешь.

Александр опустил жалюзи – в комнате повис полумрак. Карманная Вселенная, значит. Он покачал головой.

— Останься, – попросил он. Вероника помогла ему расправить постель, присела на краешек постели и взяла его за руку. Александр почти сразу же заснул. Вероника посидела, глядя на него с улыбкой, и, наклонившись, поцеловала в лоб. Подумав, пододвинула стул к дивану и оставила на нём записку.

* * *

— Как он? – поинтересовалась Римма вполголоса. Она одна сидела в большой комнате.

— Согласился учиться. Всё остальное потом. Сейчас он спит, – добавила Вероника. – Там у него летний день за окном, мирный город, свежий воздух. Пусть, ему нужно побыть одному.

Римма покивала.

— Ника там, с дядей Кубиком, – махнула она рукой. – Осваивает здешнее хозяйство. Везёт ей... – Римма тяжело вздохнула.