Видишь Суслика?

Если она спасёт наёмницу от самой Смерти, та будет должна ей всю оставшуюся жизнь, ведь посланники Энмы от своего никогда не отказывается. Вот только она недооценила марионетку Энмы!

Он едва не убил её саму, когда она появилась в лисьей форме в решающий момент. А самое странное, что этот пацан был знаком ей. Но тогда он не был связан с богом смерти, а сейчас… Цукико внезапно почувствовала, как аура Смерти вытесняется, уходит. Отличный момент для атаки! Но от прыжка её удержало появление новой магической ауры – кровавого безумия, от которого пахло Арахабаки.

«А вот и Аку пожаловала» – фыркнула Цукико. – «Час от часу не легче!».

- Фу-фу-фу – наиграно засмеялась Ласка, приложив ко рту ладонь. – Стоит Кадзуо-куна оставить одного, к нему так и липнут всякие животные! Ничего, сейчас эта медсестра быстренько вылечит лисичек, страдающих бешенством матки!

То, что произошло после, никак не укладывалось в голове ни у Ласки, попытавшейся вмешаться в, казалось бы, безнадежный бой между Сусликом и кицуне, ни самой кицуне.

Кицуне решила, что носитель кровавого безумия опаснее, чем просто маг, который к тому же получал от нее хорошую взбучку в прошлом, Цукико решила начать с Аку.

Мощные задние лапы толкнули шестидесятикилограммовое тело в воздух, и тут Суслик начал двигаться. Стремительным рывком он схватил Ласку за плечо и шею, и положил на землю сбоку от себя. Затем развернулся к летящей лисе и ухватил её за передние лапы. Он не стал её удерживать, просто направил чуть вниз. Траектория полета поменялась, и лиса впечаталась в дёрн, только совсем не так нежно, как Ласка.

Суслик спокойно и нарочито медленно достал свой любимый танто из ножен и направился в сторону рухнувшей лисы, которая ворочалась во мху, старой листве и веточках. Ласка как раз успела подняться на колени.

«Вот и боевое безумие прошло. Вот что значит – мужик! Раз, и ты на спине» – захихикала она про себя.

Дойдя до лисы переростка, Суслик опешил – вместо монстра из лесной грязи пыталась подняться девчонка не старше его самого, только с настоящим лисьим хвостом, торчащим у нее из-под юбки.

Цукико наконец-то села на колени и склонила голову перед победителем. Смерть её не сильно страшила, но умирать, так и не получи второго хвоста, не встретив любовь своей жизни, было столь обидно, что она тихонько заплакала.