Испытательный срок

– Почему?

– Потому что девочка шустрая не в меру, – Зарецкий поморщился то ли от неприязни, то ли от яркого света с платформы. – Сначала мне Викентьев всё совещание намекает, что в курсе относительно Андрюхиной заявки научникам, а потом я возвращаюсь в кабинет – и пожалуйста, роется твоё золото на моём столе! Жаль, спугнул не вовремя, надо было подождать, пока за важные бумаги схватится…

– Да не может быть, – не слишком уверенно вступился за Иру Макс. – Небось путаница какая-то…

– Ага, а про свою заявку Андрей сам всё растрепал, – ядовито подсказал Ярик.

– Андрюха свои бумаги вообще из рук не выпускал, – возразил Макс. – Что ты, не знаешь его, что ли? Он после Костикова нагоняя из-за стола не вставал, пока по три раза не перепроверил, а потом сам всё отнёс научникам. Если кто и крысит, так у них, а не у нас.

Зарецкий недоверчиво хмыкнул, но промолчал. Снова начался тоннель, и можно было перестать щуриться. Вроде бы и прошли-то всего пару километров, а ноги уже начинают гудеть.

– Чего ты паришься-то со своими подозрениями? – примирительно спросил Макс. – Дёрни безопасников, пусть они мучаются.

– Нет, – отрезал Зарецкий. – Разберусь сам.

– И что ты сделаешь? Нажалуешься Верховскому?

– Поймаю с поличным, – зло сказал Ярик.

– А если не поймаешь?

– Значит, не с чем ловить.

Макс вздохнул и заговорил о подземной нежити. Ночь выдалась спокойной до разочарования; позади осталась ещё одна станция, а в тоннелях так и царил образцовый порядок. Ярик лениво отвечал на вопросы, периодически тыкая Макса носом в недостаток знаний; окружающий мир не слишком его волновал, пока на очередной развилке ему не взбрело в голову остановиться. Некрасов напрягся и в ожидании проверки завертел головой.

– Есть мысли? – тихо осведомился Зарецкий.

– Да, – покладисто отозвался Макс и ткнул пальцем в сторону одного из отходящих от развилки путей.

– Ага. Мы туда не пойдём.

– Потому что нельзя?

– Потому что там есть кому за нежитью следить, – хмыкнул Зарецкий. – На основной тоннель смотри. Вернее, слушай.

Макс послушно навострил уши. Ничего особенного, только подвывает гуляющий по тоннелю сквозняк и где-то близко гудят вентиляторы.

– Вентшахта рядом, – глубокомысленно заметил Некрасов.