Карэле Карэле и другие волшебные существа

Ивер пробормотал приветствие, а Ланс, уже увидевший, кто стоит перед ним, почтительно поклонился. Часовщик ответил сдержанным кивком.

– Здесь действительно два времени, – произнес он. – Настоящее время и одна-единственная нить ненастоящего. Мальчик ушёл в будущее. Совсем недалеко, и всё-таки равновесие нарушено.

– Его можно восстановить? – нетерпеливо спросил Карэле, забыв, что в присутствии Крониса не следует торопиться. Тот насмешливо улыбнулся.

– Конечно, можно, если знать точную меру. Добавить немного прошлого или убрать немного будущего – вот и получится настоящее.

Ты знаешь, почему в домах, где много старых предметов, никогда ничего не происходит, о Карэле Карэле?

Кондитер покачал головой:

– Знаю только, что это так. Но почему?

– Потому что старые вещи обрастают прошлым. За каждой из них тянется длинный хвост воспоминаний, событий, дел и слов, лиц и снов… А конец этого хвоста держу в руках я. И дом наполняется густым, затвердевающим прошлым – таким плотным, что время перестаёт течь. В таких местах даже настоящего почти нет, а будущего – тем более.

Очень опасно хранить в доме много старых вещей, Карэле Карэле: я всегда буду где-то поблизости. А я не ко всем добр так, как к тебе.

– Но сейчас ведь вещи нам ничем не помогут? – настойчиво спросил Карэле.

Шани Кронис мелодично рассмеялся его нетерпению:

– Конечно, нет. Здесь всё серьёзнее. Мальчику придётся отдать не вещь, а кусочек судьбы.

Ланс сдавленно охнул, и Ивер испуганно оглянулся на него.

– Как это – кусочек судьбы? – робко переспросил он.

– Это значит, что нам нужно убрать часть твоего будущего, – пояснил часовщик. – Тогда прошлое перетянет весы, и равновесие будет восстановлено. Ты вернёшься в настоящее время и сможешь попасть в своё тело.

– А это… страшно? – подобрал, наконец, нужное слово Ивер, и Кронис согласно кивнул.

– Ещё как.

Он, хромая, подошёл вплотную к Иверу и ухватил его руками за плечи, как будто тот не был бесплотным призраком. Ивер вздрогнул, и Карэле содрогнулся вместе с ним, вспомнив, какой болезненный долгий холод сопровождает любое прикосновение Крониса.

Некоторое время часовщик держал призрака, вглядываясь ему в глаза, потом выпустил и отступил на пару шагов. Ивер, дрожа, обхватил себя руками.

– Что ж, – задумчиво произнёс Кронис, взвешивая каждое слово. – Согласен ли ты отказаться от встречи с родителями и больше никогда их не видеть?

Ивер испуганно вскинул глаза на часовщика.

– Это и есть… отказ от будущего? – спросил он.