Священник из Сосновой Пустоши

Внутри прогрессировала неизвестная болезнь, вызывавшая новый приступ лихорадки.

Шатаясь, Джонни дошёл до кухни и в пару глотков осушил оставшуюся треть бутылки виски. Свернувшись в тугой комок на диване, закутавшись в плед, он раскачивался из стороны в сторону, шепча как заведённый: «Что же делать, чёрт возьми, что делать...»

Вскоре от слабости он погрузился в забытье. Очнулся мужчина лишь через пару часов, ощутив сумасшедший прилив сил. По венам точно пустили электрический ток. Сами кости нестерпимо зудели, и хотелось двигаться, двигаться без цели и смысла, ради самого движения.

Одновременно с этим Лайонела вдруг обуял приступ странной ярости. Ничего не соображая, он снёс журнальный столик и опрокинул диван, а потом с рычанием побежал по дому, круша всё на своём пути...

Джонни пришёл в себя только услышав мощный стук. Точнее это был даже не стук, а сильнейший толчок, словно кто-то вознамерился вышибить дверь вместе с косяком. Бесшумно Лайонел проскользнул в разорённую гостинную, не успев расстроиться учинённому беспорядку.

Трезвость суждений вернулась к нему с той же быстротой, с которой до этого его постигла странная вспышка безумия. С необычайным спокойствием он погасил свет и теперь ждал, притаившись за упавшим диваном.

Неизвестный снова атаковал дверь. Лайонел порадовался, что в своё время защитил окна ставнями и решётками. Он ждал, напряжённый и собранный, как хищник, готовый защищать своё логово. Даже лихорадка отступила, но тело по-прежнему казалось чужим, а чувствительность была так обострена, точно с него заживо содрали кожу.

Дверь стонала и содрогалась от ритмичных ударов. Джонни сам испугался тому, с каким упоительным предвкушением он ждал, когда кто-то ворвётся в его дом. Он уже знал, кого увидит на пороге...

Дверь, наконец, подалась и с треском вылетела. С грацией дикого зверя сгорбленная фигура проскользнула в дом.

Лайонел не успел удивиться произошедшим в маньяке переменам. Тот оказался рядом слишком быстро, прыгнул, пригвоздил к полу. Из клыкастого рта нестерпимо воняло.

— Ты... не должен был... выжить.. — клокочуще прорычало существо. Слова явно давались ему с большим трудом. — Дар мой! Не твой! Почему тебе удалось?! Мой! — он отчаянно взвыл и нанёс резкий удар... точнее — попытался.

Неведомый доселе дремучий инстинкт хищника подчинил Джонни себе, повёл его. С силой он перехватил когтистую руку твари и с угрожающим рычанием отбросил маньяка. Тот же инстинкт заставил его выбежать из дома, быть ближе к спасительному лесу.