Не все жили долго и счастливо

Кухня была уже неподалеку, и Катя бросилась к раковине. Лишь когда холодная вода остудила нестерпимый жар, она смогла взглянуть на дрожащие ладони. Но ожога не оказалось. Нежные, гладкие, без единого мозоля – это были типичные руки представителя умственного труда.

Все прошло. Правда, поведение девушки не осталось незамеченным. Краем глаза Катя заметила Веронику, и, стараясь изобразить полное спокойствие, взяла стакан и стала медленно набирать воду.

- Слушай, я тут немного… – Катя замолчала, пытаясь вспомнить, кричала ли она, когда сувенир «дал сдачи».

Отключив воду, Катя сделала глубокий вдох и с видом «а у меня все в порядке» повернулась к подруге. Кухня оказалась пустой…

Только не снова! Возможно, у нее и бывали мигрени, но признаков шизофрении ранее не отмечалось.

- Сонникова! – прокричала Катя. – Нет, ну нельзя же так! Я тут, между прочим, с тобой разговариваю.

Отлив немного воды из стакана, чтобы та не расплескалась при «гневном шаге», Катя отправилась обратно к подвалу.

***

Бессмертие диктует свои правила и порядок. И если у тебя есть всё время мира, но при этом сильно ограничены перемещения, возникают довольно странные предпочтения.

Как же долго Меланья пыталась развлечься здесь, в своих вынужденных владениях! Когда через пару дней Катя начнет понимать и отправится сначала в библиотеку, а затем в государственный архив, она разыщет лишь голые факты, и те не слишком соответствующие истине.

А истина такова – в некоторых домах живым не место.

Это только на первый взгляд тридцать шестой представляется скромником, укрывшимся от посторонних с помощью лесных гигантов. На самом же деле он ни от кого не прячется. Он просто предпочитает уединение.

Пережив несколько реконструкций, этот особняк умудрился сохранить свои уникальные черты. Именно благодаря им он привлекает взоры, а после зазывает к себе.

С момента постройки он успел побывать во владении семидесяти четырех человек.

Революция, погромы, даже взрыв – статьи и заметки, найденные в библиотеке, напомнят Кате репортажи с мест военных действий. Вот только никто так и не расскажет, что инициатором каждой перестройки была сама Меланья.

Ведьма не собиралась воевать со всем миром. Вернее, пока не собиралась. А потому для каждого магического ремонта нужно было реалистичное, чаще всего кровавое, объяснение.