Роза для Азора

Капризная память вместо того, чтобы рассказать, почему ему так знаком этот лес, услужливо подбросила былинное предостережение: «Налево пойдешь — коня потеряешь, направо пойдешь — жизнь потеряешь, прямо пойдешь — жив будешь, да себя позабудешь».

Коня у него не было, а насчет жизни — было подозрение, что он ее уже потерял. Он без колебаний шагнул на тропку, отклонявшуюся вправо. При этом Денису было отчетливо ясно, так отчетливо, словно ему сказал это кто-то невидимый, но беспрекословно авторитетный, что переиграть этот выбор будет невозможно, и та, левая тропинка, уже никогда не станет для него доступной.

— Впрочем, что есть «никогда» в этом странном мире, — мелькнуло в голове у Дениса, и он решительно зашагал дальше, все убыстряя и убыстряя шаг.

По бокам тропинки оставался все тот же причудливый лес, а Денис все шагал и шагал в надежде понять, где он очутился и что его ждет. Внезапно он почувствовал сильную усталость, сильную настолько, что не мог сделать больше ни единого шага.

Он сел под дерево, привалился к толстенному стволу, надеясь отдохнуть, но усталость не покидала его, напротив, превращалась в слабость, которая все усиливалась и усиливалась, пока в какой-то момент Денис не осознал, что его сил хватит только на то, чтобы встать.

Он поднялся, цепляясь за ствол, и в тот же миг услышал какой-то непонятный рокот. Он оглянулся и увидел, что позади него все окуталось непроглядной тьмой, и эта тьма быстро приближается к нему. Денис каким-то бессознательным наитием ощутил, что эта тьма несет опасность.

Убежать? Но он не мог сделать ни шагу.

— Ну вот и конец, — успел подумать он, — а я так и не понял, где я и что со мной. И Азор, Азор, — при воспоминании о четвероногом друге к горлу подкатил ком, Денис силился сглотнуть его и не мог. Он поднял голову в надежде, что это поможет ему убрать мешающий дышать ком, и замер. Перед ним стоял конь.

Иссиня-черного цвета, с роскошной гривой, в черной кожаной сбруе, и с черного же цвета седлом.

—Ты мой конь вороной, — промелькнуло в мозгу Дениса, и он тут же понял, что не сможет взобраться на коня из-за так и не прошедшей слабости. И в это же мгновенье конь лег и повернул голову к Денису, словно говоря: «Давай, приятель, я здесь, чтобы помочь».

Денис с трудом перебросил ногу через спину лежащего коня и опустился в седло. Конь осторожно поднялся и неспешно пошел вперед по тропе, не обращая внимания на рокочущую тьму, которая подступала все ближе.