Роза для Азора

Рулады, издаваемые порывами ветра, были так причудливы, словно силились рассказать ей что-то, на что у ветра так и не достало слов.

Глава 6. Денис. Кто-то, кто знает все

Конь внезапно встал как вкопанный, повел ушами.

— Вставай, приятель, мы у места. Вставай-вставай, у тебя уже достаточно сил.

Денис услышал эти слова так отчетливо, словно конь действительно произнес их. Однако конь молчал, и Денису подумалось, что он приписывает коню собственные фантазии. Однако он проворно соскочил на землю, потрепал коня по морде.

— Спасибо, друг. То, что ты друг, я понял, но откуда ты? И почему мне помогаешь?

Конь только фыркнул в ответ, но в голове у Дениса снова явственно прозвучало:

— Узнаешь. Всему свое время. Но будь внимателен и осторожен.

Конь исчез так же внезапно, как и появился. Денис огляделся по сторонам. Источник света поблек, но слабые лучи еще проникали сквозь все ту же единую крону. В переводе на земную терминологию, можно было бы сказать – смеркалось.

Денис почувствовал зверский голод.

— На что? Куда? На землю? На почву?

Денис понял, что не знает, как назвать то, на чем он стоит. И одновременно с его заминкой луч дрогнул и поднялся от поверхности примерно на полметра. Луч замер, Денис тоже.

— На поверхность под ногами, – уточнил для себя Денис, глядя на кончик луча.

Луч тут же достиг поверхности, скользнул по траве, и вдруг на месте соприкосновения луча с почвой возникла скатерть.

О боги! Это была скатерть из дома его детства. Белая скатерть с красными розами по краям, вышитая его бабушкой.

Сердце Дениса заколотилось так часто, что он реально испугался, как бы оно не выскочило из груди. Однако ритм почти сразу же пришел в норму, а на скатерти появилась тарелка, на которой были котлеты, картофельное пюре и сбоку горка квашеной капусты. Спустя мгновенье появился тонкий, с красным ободком стакан в серебряном подстаканнике.

То, что меню и посуда, как и скатерть, были точь-в-точь, как в доме его детства, его уже не удивило. Поэтому, когда возникли вилка и чайная ложка из семейного серебряного набора, он уже принял это как само собой разумеющееся.

Денис ел жадно, быстро, словно опасался, что еда исчезнет так же внезапно, как появилась. Но неизвестно кто или что позволил ему доесть все, что было на тарелке.