Шварцвальд. Мистический спецотдел

В кабинете Кригера уже расхаживает Ганс, его племянник. На гостевых стульях Адель и брюнетка, которую обнимает мальчик лет пяти. Единственное свободное место – кресло капитана.

– Почему бы нам не спуститься в кабинет совещаний? Там свободнее, – говорю я.

– Нет, туда нельзя, я тебе потом объясню, – отвечает Адель. Припоминаю, что Луи тоже хотел что-то рассказать. Адель уступает мне место. – Садись.

Я устраиваюсь напротив женщины, элегантной, но потрепанной возрастом. Мелкая сетка ее морщин выдает пристрастие к печали.

– Здравствуйте, доктор. Меня зовут Эмма Циммерманн, а это мой сын Ульрих, – начинает она, гладя мальчика по голове, и во взгляде ее смесь ужаса и любви. – Он пропал двадцать лет назад, а теперь вернулся. Но выглядит, как тогда. Это точно он, я не путаю, убедитесь сами. – Фрау Циммерманн двигает ко мне фотографию. Ребенок похож один в один. Одежда на нем выглядит старомодно.

– Мамуля, – с обожанием произносит мальчик и прижимается к ней теснее.

– Он не помнит годы разлуки, только то, что заблудился в лесу, а после вышел обратно. Такое возможно, правда? – надеется фрау Циммерманн. – Он, например, мог забрести к феям? Или все-таки, как говорит офицер Шефер, – она прикрывает уши ребенку и шепчет, – меня обманывает мертвец?

Жужжит телефон, Адель идет в коридор. Дверь приоткрыта, и я невольно слышу:

– Да, Луи.

Нет, я не ревную. Но я не могу не беспокоиться за него. Потому что он твой заложник.

– Доктор? – окликает фрау Циммерманн.

– Да, простите. Давайте я его осмотрю, – отвечаю, протягивая руки к ребенку. Фрау Циммерманн уговаривает его быть хорошим мальчиком.

Я ищу пульс и слушаю.

– Не знаю я, где твой Рей, он мне не докладывает.

Проверяю дыхание и слушаю.

– Ничего он не говорил, просто ушел.

Ощупываю лимфоузлы и слушаю.

– Не буду! Тебе надо, сам ему и названивай!

Просто прикасаюсь к коже и слушаю.

– У меня есть дела поважнее. Я сама буду искать герра Динера, раз все такие занятые.

Адель возвращается в кабинет, а я возвращаюсь мыслями к мальчику. В нем совершенно нет твоего присутствия.

– Ваш сын живой, – говорю и в замешательстве провожу пальцем по родинке на щеке. – Но он не тот, за кого себя выдает.

***

Юрг застегивал черную рубашку. Утром он забрал еще несколько вещей из квартиры бабушки. В зеркала не смотрел, с трудом не мчался мимо них и ужасно нервничал.