Китайская загадка

Если картина вытащена у нас из головы, и этот мир построен именно так, чтобы мы принимали его как средневековье? Значит это кому-нибудь надо. Зачем?

 От сырости стало зябко, я плотнее закуталась то ли в плед, то ли в платок, который «прилагался» к моему платью.

Благодаря размашистому шагу Макса мы нагнали пару пешеходов. Не сговариваясь, наша компания замедлилась и пристроилась к ним «в хвост». 

Я навострила уши, пытаясь различить язык, и одновременно принялась рассматривать местных. Два коренастых парня, одетых в кожаные куртки и штаны из грубой ткани оживлённо переговаривались.

Какая-то тарабарщина. Ничего не понятно! Ну да, это же не Европа нашего мира. Что у них здесь за язык? Да-а-а… такими темпами нас спалят, как только рот откроем. Я посмотрела на парней: слушают. Макса от напряжения аж глаза выпучил.

И тут я уловила, знакомое слово «баран». Серьезно? Показалось наверное. «Дубина?»

– Что за черт? – чуть слышно ругнулся Макс. Мы с Михой переглянулись. 

А слова  воспринимались всё более отчетливо:  парочка разговаривала на дикой смеси немецкого, английского и русского.

– Они на русском говорят же? – Миха толкнул меня в бок.

На русском?

У меня промелькнула  догадка. 

– Мих, а ты сколько языков знаешь? В смысле, иностранных?

– Э-э-э, ну мы английский в школе учили, но он как-то не пошёл. А что?

Понятно.

– А ты, Макс? 

– А? – Макс был в лёгком ступоре и ответил не сразу.

– По мелочи! Не прибедняйся! – Миха хлопнул его по плечу  лапищей.

– И что, все эти языки слышишь в разговоре тех двоих? – Кажется, моя догадка подтвердилась. 

– Д-да… А как ты догада… – Макс осекся.

– Что встали!

Мы подпрыгнули от резкого окрика за спиной и обернулись. На нас катила парная упряжка, а орал, конечно, возница.

 – Господа едут, пошли с дороги! – 

Усатый мужчина, сжимающий в  руках вожжи, погрозил нам кулаком.

Я, наверное от неожиданности, услышала только русский. Говорят, в стрессовой ситуации все языки, кроме родного, вылетают из головы. 

Мы отскочили в сторону, и черная, украшенная замысловатой резьбой карета прокатилась мимо. 

Парни, за которыми мы шли, обернулись. Один был совсем молодой, с едва пробивающимся пушком над верхней губой. Второй постарше, с помятым лицом и шрамом у виска.