Есть ли у Города душа? (Второй черновик)

Том завертелся на месте, но быстро понял, что сбежать не получится – темные фигуры были повсюду. Он мог поклясться, что за всю свою жизнь не видел в Городе столько этих тварей. «Ловушка!» – подумал он и переглянулся с Рыжим, и в красных глазах, чуть сощуренных, прочитал пугающую решимость драться до конца.

Шерсть сна стояла дыбом, и оттого он казался вдвое больше. Хвост его описывал полудуги, бил по дорожке, и вверх взметались клубы пыли. Кольцо темных фигур вокруг сжималось, и он, рыча, выискивал свою первую добычу.

– Прошу не волноваться! – Афанасий, также попавший в окружение, замахал руками, встал прямо перед Рыжим, помешав его прыжку. – Вам никто не причинит вреда, даю слово! Пожалуйста, успокойтесь!

Рыжий повернул голову, посмотрел на Тома, тот лишь пожал плечами, не находя слов. Удивление отступило, и его место занял старый, липкий страх. Как странно было вновь испытывать слабость в ногах и руках. Он-то думал, что распрощался, разделался с этим чувством раз и навсегда.

– Инспектор, позвольте представить вам Союз Теней.

Том посмотрел на непроницаемую, угрюмую стену темных фигур. Среди них особенно заметно выделялась одна, с дырами и прорехами. Она казалась угрюмее прочих, и это не обещало ничего хорошего.

– Пусть расступятся, – сказал Том.

Темные фигуры отхлынули, точно волна с берега. Между ними появились промежутки. Том приподнял козырек фуражки и стер пот со лба.

Он столько лет сталкивался с темными фигурами, но всегда боялся в них всматриваться, и теперь с удивлением заметил, что они были не такими и одинаковыми.

Из толпы выступила – или скорее скользнула – вперед самая высокая темная фигура.

– От имени Союза Теней будет говорить старшая доверенная тень, – голос Афанасия звучал торжественно, – с дозволения достопочтенных собравшихся я, Афанасий Рожденный, старший смотритель городского кладбища, буду переводить. Есть ли возражения?

Возражать никто не стал.

Старшая тень так и оставалась шагах в десяти от Тома, и лишь чуть покачивалась – скорее из-за мягких потоков вечернего ветра, чем по собственной воле. Том не знал, каким должен оказаться ее голос, и представлял что-то скрипящее, точно усталые вздохи сухого, умирающего дерева, по которому бьет шторм. Но тень не издала ни звука, вместо нее продолжил говорить смотритель.

– В первую очередь старшая тень хотела бы принести вам свои извинения за годы неустройств...