Бес сознания 2

Под ногами поскрипывают доски, но еще сильнее скрипят несмазанные петли на двери, когда мы ее открываем.

Там за дверью полумрак, стоит только сунуть нос, сразу же ощущается запах ладана.

Мы заходим.

Прислушиваюсь к своим ощущениям. Вроде корчиться и биться в агонии желания нет. Отлично.

Внутри церквушка выглядит архаично. Посреди комнаты купель для крещения, множество икон на стенах, под ними медные подсвечники, на дощатом полу старые выцветшие половики — вот и все внутреннее убранство.

— Отец Прокофий! — кричу я, чтобы уведомить обитателей церкви о своем появление.

Здесь, кстати, такая тишина, что я начинаю сомневаться, что тут вообще кто-то есть.

Вдруг откуда-то сверху, где лестница, слышится шорох, затем шуршат шаги и зычный настороженный голос вопрошает:

— Кто здесь? Что-то случилось?

— Да дело к тебе есть, спустись к нам, будь добр, — отвечаю я.

Ну не перекрикиваться же с ним через лестницу.

— Обождите тогда, — отвечает отец Прокофий.

Ждать приходиться недолго. Через несколько минут, громко топая, к нам спускается крупный и высокий священнослужитель.

Отец Прокофий окидывает нас придирчивым, изучающим взглядом, долго смотрит на меня, настолько долго, что я не выдерживаю и говорю:

— Мальчика привел, Василием зовут. Нужно его пристроить.

Батюшка переводит взгляд на мелкого и теперь придирчиво изучает его.

— Твой сын? — вдруг осуждающе спрашивает он, при этом продолжая следить за Васькой.

— Нет, сирота.

— Крещеный? — он вскидывает брови и сурово смотрит на меня.

— Сомневаюсь, что в мусорном городе кто-то его бы крестил.

— Значит, надо крестить, — авторитетно заявляет он, резко разворачивается и уходит наверх, оставив меня в полнейшем замешательстве.

Я перевожу взгляд на Васю.

— Ам-ам? — с надеждой спрашивает он.

И тут же сверху кричит отец Прокофий:

— Пройди через дверь за лестницей, там трапезная, найди что-нибудь и накорми ребенка.

Беру Васю и иду с ним туда, куда сказал батюшка. Кухня выглядит неожиданно современно, пусть и скромно. Про себя отмечаю, что отец Прокофий, по всей видимости, живет в церкви совсем один.

Открываю холодильник. Внутри довольно много еды. Первое, что попадается на глаза — кастрюля с ярко-красным борщом.