Кровь и Пламя

Мольтке первый раз слышал его и предположил, что французы тоже. Но вот молодой магл, судя по всему, узнал говорившего. И это повергло его в ужас: до слуха немца донеслись шлепки по камням и какие-то сдавленные звуки:

– Т-ты… т-ты н-не м-можешь з-здесь б-быть, – его тело била крупная дрожь, он заикался и, судя по звукам, пытался отползти подальше от голоса, а тот продолжал:

– Рудольф, я пришёл к тебе, дорогой мой.

– Т-ты н-не м-можешь, т-ты м-мне с-снишься, – сдавленно произнёс юноша.

– Тогда мы тоже в твоём сне, – мрачно произнёс Готье и закашлялся.

– О, я рад, что Рудольф не один, но в таком месте, – голос замолчал, делая долгую паузу, – Я переживал за него, когда он не вернулся в офис вместе с Ниной.

– От-ткуд-да т-ты з-здесь? – голос Рудольфа дрожал, но непонятно было, это из-за мороза или из-за страха.

– Покажись, призрак подземелий, -- словно перебарывая дикую усталость хрипло произнёс Энцо Ламбер.

– Я не хочу, – голос из темноты стал немного обиженным, – Я не хочу пугать моего друга, а вы меня не можете заставить.

– Ты его и так напугал, – Ламбер провёл языком по иссохшим губам.

– Я не хотел, и сейчас не хочу, просто… – он снова замолчал, словно пытался собраться с мыслями.

– Г-Ганс, от-ткуд-да т-ты п-пришёл? – судя по звукам, Рудольф вжался в один из углов помещения.

– Оттуда, где мне теперь всегда надо быть, – очень грустно произнёс голос, - Я просто увидел проход и решил ещё раз взглянуть на тебя, на своего друга. Жаль, ты не смог со мной проститься.

– Дай угадаю, призрак, тебя убил взрыв в офисе вашей фирмы? – Энцо закашлялся после своего вопроса.

– Всё так, - голос стал ещё более печальным, – Потому я ушёл из этого мира, но сейчас смог вернуться обратно.

– К-как? Т-ты ж-живой?

– Нет, я точно такой же, каким ушёл, но всё ещё кое-чего могу.

– Призрак, – глухо выдохнул Ламбер, – А помоги нам и своему другу выбраться отсюда?

– А почему вы прикованы, а он нет? – печальный голос звучал очень удивлённо.

– П-пот-тому ч-что их ран-ньше п-посад-дили с-сюда, – Рудольф пытался справиться с дрожью, но у него ничего не выходило.

– Я хочу помочь тебе выбраться, – со вздохом произнёс голос, – Что до остальных, то про них решай сам, нужны ли они тебе.

Тотчас заскрежетала массивная каменная дверь, и часть стены отъехала в сторону. Из проёма пахнуло теплом, а тусклый свет, словно бы от открытого огня, осветил их камеру. Узники прикрыли глаза от него, слишком яркого для них, привыкших к темноте.