Кровь и Пламя

Напружиненно попытался прыгнуть, но пули попали в его грудь и шею, русский повалился на колени, пытаясь дотянуться до противников. Ещё несколько коротких очередей, и он уже растянулся на пыльной мостовой.

Смолкли выстрелы, турки аккуратно приблизились к огромному варану, который уже не двигался, сделали ещё несколько выстрелов в безжизненное тело, которое стало превращаться в человеческое. Дождавшись, пока оборотень примет свою истинную форму, они бросились к своему командиру.

На четверть часа над полем боя во дворе больницы Байрсброна застыла тишина: турки не стреляли, защитники не показывались.

Али Демира перевязали, а после он приказал боевикам заходить внутрь здания, уже не опасаясь сопротивления. Его и не было, немцы внутри словно оцепенели от произошедшего.

Боевики пристрелили на входе нескольких мужчин, которые им показались наиболее опасными, тела убирать не стали. Сам же глава банды взял голову Куприянова и зашёл с ней прямо в приёмный покой, где на множестве коек и на полу сидели и лежали раненые.

Медики молчаливо застыли над ними, глядя на автоматчиков, наполнивших зал.

– Вот так будет с каждым, кто посмеет противиться! – Али швырнул голову русского на пол, та покатилась к ногам Вольфганга Рейна, который изваянием застыл напротив него.

– Ты за это ответишь, – совершенно спокойно произнёс тот, – Ты не победил.

– Убейте его, – махнул рукой в его сторону турок, один из боевиков вскинул автомат и выстрелил в старика. Из шеи того брызнула кровь, немец рухнул на колени, дети завизжали.

Сам же главарь банды, поправив перевязь, на которой покоилась его правая рука, обернулся к своим, – Найдите мракоборцев и русских. Принесите мне их головы.

– Я второй мракоборец Байрсброна, – в углу поднялся грузный мужчина средних лет, сидевшая рядом женщина испуганно посмотрела на него.

– Там была женщина, – презрительно фыркнул Демир, переведя взгляд на то место, откуда немец поднялся. На полу под ним лежала скомканная красная мантия.

– Она вчера уехала в Берлин, я её сменил, – волшебник был непреклонен.

В разных углах заревели дети.

Турок щёлкнул пальцами, и автоматчик выстрелил в говорившего. Тот не издав ни звука упал навзничь на больничную койку, на которой лежала пожилая женщина.

– Трус, твой друг хотя бы умер с честью, – Али сплюнул на пол, – Где русские?

– Здесь! – двое автоматчиков встали возле коек с ранеными бойцами Куприянова.

– На улицу их.

– Вы не посмеете! – одна из медиков шагнула к раненым наёмникам, – Они и так ранены.