Сказки. Обо всём понемногу

Работа у тебя еще будет, не бойся, на весь век хватит”. Поклонился бабуле, сказал “В расчете, Эвис-Мевис?”. А то как же, кивнула бабуля. И разошлись.

- На следующий день Мэтью пришел в контору, а там все на ушах стоят. Оказывается, деньги увел партнер этого директора, да вдруг вместо того, чтобы тихо переждать – начал кутить вовсю. Разбил машину, вот полиция его и поймала. Без пятнадцати три они позвонили в контору, рассказали, что тот партнер во всем признался. Директор говорит Мэтью: деньги-то нашлись, парень, но теперь буду смотреть на тебя и думать обо всей этой истории.

Бери, сколько задолжал, и проваливай. Тогда такие дела быстро делались. Мэтью ушел. Работу он скоро нашел, с тех пор она у него всегда была.

- Нет, дорогая, больше никто из нас того человека не видел. Бабуля Эвис умерла через три года, во сне. Я думала, он приедет на похороны, но были только свои. Она-то отказалась говорить, что там была за история, сказала, у нее счет закрыт, и точка. Вот такая она была.

Такая работа

Arancie, arancie, все шепчет она и трогает худой рукой кожаные мячи.

Кое-где на них еще осталась позолота. На юге они жонглировали этими arancie, объедались ими, сок стекал по подбородку. Протяни руку – и бери, а солнце висит, как самый большой на свете мяч, по руке одному Господу. Веселые были дни, да были не здесь, зачем вспоминать?

Где я тебе возьму твои arancie, дурочка? В этом городе снег и туман, весна только спускается с гор, но это не самый плохой город, в конце концов. Да посмотри же на меня.

– Мы удачно поработали сегодня, хочешь, я сладостей куплю? Хвороста в меду, пряников, хочешь?

Женщина отворачивается. Мужчина вздыхает и осторожно садится рядом с ней. Нет такой болезни, чтобы человек помирал от тоски. Схватить бы ее за плечи, встряхнуть посильнее, чтоб дурь из головы вылетела. Пока не вернется она прежняя, насмешница и плясунья.

Зимний ветер бьется о полог кибитки. Мужчина знает, какие мысли прорастают сейчас черными цветами в ее голове. Острые, ранящие мысли.

Это не ветер юга, думает она, не солнце юга. Где ее добрая земля, почему она так далеко теперь?

- Дальше снова пойдем на север, мэтр Гюг решил. Не можем мы свернуть, слышишь?

По твоему солнечному берегу гуляет черная болезнь. Новости доходят: люди сотнями мрут без покаяния, и отпеть их некому. Некому собирать золотые плоды, слышишь ты меня?

Arancie… В райских садах они, небось, и не нужны никому, там что повкуснее висит. Господи, оставь ее еще ненадолго.