Тайна Безмолвного Леса. Помагифлексим?

— И может быть, она бы перестала думать об обращении встретив такую же, как она».

Ничего необычного в поселении сифов не происходило. Собирали вещи на центральный костёр, который обязательно должен был быть высотой не менее четырёх метров, убирали улицы, украшали дома-землянки, собирали грибы и варили свечи для ритуала. Установили сборный подиум и водрузили посередине его деревянный шест. Гармен ходил мрачнее тучи и на всех огрызался. Он надеялся, что Ольга соизволит забрать свою вторую внучку, которую так некстати повесили ему на шею.

Наконец сифы начали собираться в центре поселения. Юля увидела бабушку, но не подошла к ней: слишком было неловко, ведь они почти никогда не общались. Она жила с ней, но только совсем недолгий период времени, в отличие от той же Лулу.

В какой-то момент они увидели, как маленькая девочка, одетая в чёрный плащ, который явно ей был велик, бежит откуда-то с южной стороны с криками:

— Бабу-уля!

Это не могло не показаться смешным.

В свою очередь бабушка повисла на шее у дяди, чем очень смутила, как его самого, так и толпу, многим сифам из которой хотелось поскорее уже уйти на ужин, а не стоять здесь в ожидании чуда. И вдруг неожиданно в этой смущённой тишине Оскар возьми, да и ляпни:

— Прикольно бы вышло, если бы претендент на Трон Леса сейчас сгорел бы заживо, — и засмеялся.

Это явно не понравилось Гармену, да и другие сифы недовольно оглядывались на него с лицами, на которых было написано: «Совсем псих».

Но больше всех, конечно же, взбесился тот чудной паренёк в красном плаще, который считал себя истинным правителем Леса. Почти что брызжа слюной и топая ногами, он закричал, ударив в грудь кулаком:

— Я тут принц! Я и никто другой! Гармен лишь мой советник. В любой момент я могу кинуть его в темницу.

— Какого чёрта ты тут забыл, Макгайр? — взревел Гармен. — Будь ты хоть сыном графа, да хоть самим графом Дракулой, ты никогда не будешь таким же, как мы.

Оскар решил, что вот сейчас самое время высказать всё то, что он о них о всех думает.

— Бла-бла-бла, — Макгайр высунул язык. — Я слышу это уже на протяжении ста двадцати лет, если не больше. Я не прочь уйти. Я сыт вашей сектой по горло.