Раскол

Мимо них прошел высокий мужчина в длинном до самых щиколоток бесформенном балахоне. Лицо полностью скрывала тканевая маска. Даже прорезей для глаз не было.

Только когда дверь позади них осторожно закрылась, Айша с облегчением выдохнула. Тогда-то она заметила, что из-за всех сил сжимает руку королевы. Девушка отпрянула в сторону, но теплая рука мягко опустилась на ее голову. Ланерия поглаживала длинные черные волосы с той нежностью, с которой мать успокаивает своего ребенка. Не сказав ни слова, она опустила руку и медленно продолжила идти вперед.

Пару мгновений Айша стояла в растерянности, затем последовала за ней.

Девушке не раз приходилось сталкиваться с “безумными” - несчастными, что утеряли контроль над аспектом и пали его жертвой. Айша искренне им сочувствовала, но при каждой встрече, ее сковывал ужас.

Это было в ту пору, когда она была еще послушницей. Не желая сидеть взаперти, Айша часто сбегала и без конца бродила по залам и башням ордена, чем навлекала на себя гнев матери Ленси, самой старшей, а главное старейшей жрицы ордена.

В один из таких дней Айша забрела в незнакомое крыло. Услышав шорохи в дальней комнате, на цыпочках приблизилась к приоткрытой двери и заглянула внутрь. Незнакомый ей человек сидел за простеньким деревянным столом в дальнем углу комнаты. Чем именно он занимался девочка не могла разглядеть, а потому подалась вперед и случайно задела дверь. Та приоткрылась с тихим скрипом. Незнакомец вздрогнул и обернулся.

Хоть в комнате стоял полумрак, Айша отчетливо разглядела огромные бездонные черные глазницы на мертвенно-бледном лице.

Сейчас она понимает, что это был один из безумных – лишенных Милости Лирен, как о них часто судачили в народе, но тогда она увидела перед собой монстра, а потому вопя и рыдая, неслась обратно, не разбирая дороги. Это был первый раз, когда мать Ленси не отчитывала ее, а крепко прижимала к себе, стараясь успокоить.

— Айша?

Слова Ланерии буквально выдернули девушку из воспоминаний.

— Да магистр?

Борт лодки глухо ударился об изрядно прогнивший деревянный столб, объявляя о прибытии.

Айша запрыгнула на скрипучую пристань и углубилась в старый город. На берегу его не видели, а потому не стоило тратить здесь время.

Улочки старого города представляли собой жалкое зрелище. И дело тут не в огромных запасах грязи и нечистот, лежащих иногда прямо посреди дороги. Этого хватало и на другом берегу. Уныние нагоняли старые и давно брошенные дома. Многие из них покосились, а некоторые и вовсе обрушились.