Все дороги ведут в Сад (черновик)

За всей этой суматохой она не услышала гула заведенного автомобиля, что рокотом пронесся над враз притихшим кладбищем.

У спасительного выхода Лилю схватили за обожженные руки, и она зашипела от боли, падая на колени.

— Как у вас тут весело в ночи, — раздался над ней насмешливый голос. — Не поделитесь?

Лиля приподняла голову и увидела за поймавшей ее фигурой в фиолетовом плаще богача, которого ранее видела садившимся в машину. Подняв голову еще выше, Лиля наткнулась взглядом на маску, которую видела в киоске.

— Чего замерла? — спросила Маска.

Глава 2, часть 2 из 3. Лишний свидетель

Нелюдь в маске была настолько высокой, что Лиле пришлось запрокинуть голову. Несмотря на холодную погоду, Маску прикрывал лишь джинсовый плащ в пол, сапоги да та самая маска, полностью закрывавшая лицо. Плащ ее был одним из тех, что носила только группировка психов-революционеров из Москвы, которые ревностно к ним относилась, как к своему символу, однако хозяйку одиозной детали гардероба это очевидно не беспокоило.

Гнавшиеся за Лилей черти замерли, косясь на Маску и не решаясь подойти ближе. Скоро подоспела и оборванка, но та тормозить не стала.

— Что ты здесь забыла?! — заскрипела хромая.

Маска нарочито медленно обернулась и посмотрела на главу шайки бесконечно снисходительно, чуть склонив голову с застывшей улыбкой, вырезанной на прикрывавшем лицо дереве.

— Дорогая Кривда, ты сегодня подозрительно бодро выглядишь. Планируешь снова попытаться плюнуть мне в лицо?

— Я не только плюну.

— Какие мы серьезные.

Хромоногая Кривда промаршировала вплотную к Маске и зажатой ею Лиле. Теперь видно было ее четко: все уродства, «несовершенства». Когда Кривда открывала рот, мелькали чёрные десны и зубы, что походили на изъеденную трутнями кору, от которой шел ужасный смрад. Лиля сжалась от боли в сожженных запястьях. Теперь она была между двух огней.

— Тебя не звали, — прошипела Кривда. — Уходи.

Было видно — хромая хотела дать отпор посерьезней, но по какой-то причине не могла.

Маска все так же неспешно оценила обстановку в заброшенном саде статуй. Обвела взглядом замерших чертей, бьющегося в клетке петуха. Усмехнулась.

— Тебя все равно не пустят, — повторила слова Петуха Маска.

— Не твое дело! — взвилась Кривда, на чьих щеках выступили красные пятна.

— И правда, правда, — протянула Маска. — Хотя волшебная травка у тебя в руках меня интересует.