Все дороги ведут в Сад (черновик)

— Давай тогда на вечеринку? Она прикольная, у костра, там товарищи интересные будут.

— Нелюди?

— Ну... да...

— Я говорила тебе, не раз, что не хочу в это вмешиваться. Ни к чему хорошему такие связи не приводят.

— Ну там нормально будет, честно.

— «Нельзя все судить по одной ситуации с твоим отцом?» — едко процитировала Лиля фразу, однажды сказанную ее бесноватой родственницей.

Ярик вздрогнул.

— Я не это имел виду.

— А что?

Лиля запихнула в себя бутерброд и ушла в коридор одеваться. Ярик ничего не отвечал, но догнал ее и ухватил за руки.

Тёсова почувствовала, как на её ладонь стали натягивать перчатку.

— Простынешь, — аккуратно сказал парень.

— Она не рассыплется, как я из квартиры выйду? — спокойно спросила Лиля, глядя на него своими темными, бездонными глазами.

— Эта — нет, — ответил Ярик. — Я её честно купил.

Лиля пожала плечами и провела пальцем по ткани.

— Я их купил, чтобы ты меня помнила. Если что.

Колдун уткнулся ей в плечо. От его шепота пошли мурашки.

— Не забывай меня.

Лиля непроизвольно напряглась, но заставила себя расслабиться.

— Можешь злится и ругаться, если хочешь, — продолжил он. — Только не забывай.

Лиля вздохнула и зарылась рукой в его голубые волосы. С силой дёрнула.

— Не пори чушь.

Ярослав молчал. И Лиля продолжила.

— Мне пора идти. Отпусти.

Нехотя, колдун подчинился.

Было больно. Именно из-за таких драматичных финтов ушами она каждый раз думала, что больше к этому дому не придет. Но раз за разом приходила снова.

Глава 2, часть 1 из 3. Лишний свидетель

Всегда говорят — чем древнее город — тем больше у него секретов. Например, у каждого уважающего себя населенного пункта, отметившего двухсотлетний рубеж, всегда можно было найти захиревший старый особняк, оставшийся от опального белогвардейца или какого иного неудавшегося революционера.

Здание местной такой усадьбы планировали превратить в музей, но планировали это уже полвека, потому, когда у администрации дойдут руки, вопрос будет идти скорее про снос, а не починку, а пока что это был лишь молчаливый памятниу прошедшей эпохи, вызывавший легкое шевеление волосков на коже у проходивших мимо него бедолаг.

Вот один такой, например, в дорогом пальто, обернулся. Не заметив никого на молчаливой улице, он поспешно залез в машину.