Все дороги ведут в Сад (черновик)

Лиля молча поставила перед ним кружку, напоминая о приличиях, и он нехотя перешел на цивильное питье из посуды.

Мелкий картофель посыпался в кастрюлю. Соль была раскопана в одном из ящиков, куда колдун своей магией запихал и плотно утрамбовал мусор со всего дома. Дело оставалось за белковым составляющим нехитрого ужина — консервная банка глухо клацнула о стол.

Ярик тяжело сел и уткнулся носом в столешницу, закрыв глаза. Он мог сколько угодно разыгрывать безразличие, но было очевидно, что в состоянии он пребывал не из лучших.

На ум пришла неаккуратно переклеенная скотчем фотография девушки на кофейном столике — очевидно, что карточку недавно порвали, но потом пожалели и постарались починить. На пленке была запечатлена его младшая сестра, с которой он давно не общался. Тёсова задумалась о том, не этим ли себя добил Ярик, или это была не причина, а следствие.

— Что у тебя случилось? — бросив гадать, спросила Лиля и начала рыться в ящиках.

— Ничего, — ответил Ярик и протянул ей свежесозданную открывашку для банки с килькой.

Девушка демонстративно взмахнула триумфально найденным ножом, и парень убрал руку. Консерва печально заскрипела под давлением металла, но поддалась. Следующим чередом был хлеб, который пал смертью храбрых неровными кусками.

Лиля все думала, как разговорить колдуна, но в тишине выключенного радио раздавался отвлекающий непонятный гул, и девушка в поисках его источника подняла глаза на верх холодильника. То, что сначала приняла за белый серпантин-декорацию, издавало тихие звуки.

— Что за поющая растительность?

— По работе, — с тоской ответил Ярик. — И это её ещё мало. Мне нужно собрать в два раза больше.

— Зачем?

— Понятия не имею. За то и платят.

Лиля лишь догадывалась, чем именно занимался Ярик, чтобы позволить себе жилье и прочие долгоиграющие моменты. Он про источник своих финансов обычно или не говорил, или отшучивался — в редких случаях, предлагал свести с парой товарищей, после чего сможет рассказать.

Ярик кинул открывашкой в слабо трепещущий белый куст.

— Шумно.

— От этой штуки?

Он кивнул.

— А там, где она растет, еще хуже?

Он снова кивнул.

Лиля понимала, о каком шуме он говорил.