Сердце Господина

– Мне много лет любопытно, смешался ли дым твоей души с запахом моей каморки?

– Дружище мой! Часовщик! – Господин слегка вытянул подбородок, улыбнулся белёсыми глазами, не отрывая их от таинственной точки в кабинете.

– Доброго здравия, – протянулся бетонный голос Часовщика. Тонкие бордовые губы Господина ещё сильнее истончились в медленной улыбке. – Не знал я, кому и что продаю. Тебя и след простыл, и запаха ты не оставил! Но с того момента грудь мою сдавливало всё сильнее. Последние недолгие годы… Не так должен был уйти я – не с камнем в сердце!

Монотонный могильный голос доносился без вздохов и без выдохов.

– В котором, 1915? Да помню я. Ну, прости же меня, друг.

Голос Часовщика становился всё более страстным и юным:

– Пары твоего духа отравили стены моей каморки. Я – виновник всех последующих отравленных тобой жизней! За каждую новую жертву меня бьёт холодной стальной плетью, сотканной из лезвий. И тогда я понимаю: ещё один тик… Я тебя не виню, Господин, нет! Мне закрыты врата в Рай, не открыты врата и в Ад.

– А ну соображай, в чём ты виновен? Откуда тебе, неплохонькому человечишке, было знать, что будет с нами? И что бы ты сделал против меня – против несчастья человеческого? Ты мнишь себя столь могучим – добрый человек с манией величия! Зачем ты тащишь на плече грех, которого свершить не мог, ибо могло лишь божество?! Твой грешок где-то в другом месте – и уж куда проще! А ну вспоминай, в чём ты виновен?

Уж куда приятней напортачить, будучи богом, чем рядовым подлецом…

Я раздобуду тебе ад! Я Господин слова – и будет тебе ад.

Но с одним условием: разыщи его сам! Я подарил тебе бессмертие, а ты веришь в ад! Я устроил тебе ад, но ты продолжаешь искать его! Ты мёртв! Твоя душа уже сто лет как прогнила!

Не нравится бессмертие – держи револьвер и спускай барабан в свою глупую черепушку ко всем чертям! Ты ждёшь, что тебя накажут, – снимаешь ответственность за свои поступки! Верит он в существование ада! Вы – люди – верите во что угодно, но не верите в то, что уже имеете это! Если вы верите в чертей, разуйте глаза и убедитесь, что несёте их на собственных плечах! И не ищите их в тайных книгах! Я не знаю ни одних богов, кроме вас самих…

Оба смолкли бездыханно.

– Прости же, друг, за грядущие удары.