Покров-2. Багряница

Сами дали разрешение этому упырю уничтожать природу и травить людей. А её отец поехал арестовывать тех, кто осмелился этому помешать. Никому нельзя доверять.

Василиса пошла напролом через кусты и высокую траву. До Ключа здесь недалеко, даже без костыля она дойдёт. И скажет им в лицо всё, что думает. Пусть уж папаша и её тогда арестует. Пусть наденет наручники и затолкает в каталажку собственную дочь. С него станется. Вот, значит, как. А она-то всегда верила, что он самый честный и смелый на свете.

И этот святоша тоже хорош.

Не иначе, приехал нравоучения читать. А может, печи освящать? А что, недурно. Иномарки, самолёты, особняки. Теперь вот печи. Да хоть целый крематорий!

Василиса почувствовала под подошвой что-то мягкое. Остановилась, убрала ногу. Чтобы не заорать в голос, закрыла рот руками.

– Что там? Фу-у! – Коля скривился и отпрянул от разрезанной голубиной тушки, оставленной на покрытой сухими сосновыми иголками земле. – Да тут ещё одна!

– Где? – Зоя (о, и она здесь) рыскала вокруг, приседая на корточки и что-то бормоча.

– Вы здесь откуда? – Василиса, оказывается, даже ни разу не оглянулась и понятия не имела, что шла по тёмному лесу не одна.

– Ты так стартанула, мы подумали, не стоит тебя одну оставлять, – проговорил Гаврил.

– Плохо дело, – произнесла Зоя и потёрла тыльной стороной руки лоб. – Кто-то вырезал сердца у двух голубей.

– Ещё и живодёры, – сквозь зубы процедила Василиса, представляя, как хорошо было бы опустить те самые руки, что убили птиц, в кипящее масло.

А следом их головы. И всё остальное. Как в ту машину, которая сама пончики жарит.

– Это приворот, – произнёс где-то за маревом ярости голос Зои. – Сильный.

Услышав знакомое слово, Василиса немного пришла в себя.

– Это не твоя бабуля такими вещами промышляет?

– Что?! – Зоя округлила глаза. А потом сжала кулаки и завопила: – Да как ты смеешь! Моя бабушка тебе помогла, а ты…

– Ладно-ладно, не кипятись, – примирительно сказала Василиса. Надо же, от вида разъярённой Зои она, оказывается, струхнула.

Даже коленки ослабели. Зато способность соображать вернулась. – Это не я придумала, это люди говорят.

– Люди много чего говорят! – выкрикнула Зоя знакомую фразу. Пару часов назад Василиса точно этими же словами пыталась поучать свою маму. И вот теперь сама выслушала назидание.

– А кто тогда? – задумчиво произнёс Гаврил. – Кто знает о таких вещах?

– Много кто знает. Спроси лучше, кто умеет, – подсказал Коля.