Ловушка на ловца

На них не было ничего, что сковывало бы движения. Форма их чем-то смахивала на военную. Куртки с накладными карманами на молниях. Брюки, заправленные в ботинки военного образца. Движения их были отточенными, как у спецназовцев. Лица были скрыты черными масками из ткани. В общем, настоящая операция магического задержания на месте преступления.

Они быстро уложили всех на пол, сковали наручниками. Я вместе со спасенным мной незнакомцем был придавлен к полу острием посоха.

Все это походило на какой-то кошмар. Я и раньше попадал в переплеты, но в такие, где ведется настоящая бойня – ни разу.

Через мгновение появился Даниил Нектарьевич. Он просто махнул рукой, чертя пальцами символ «Ихтис», и сияние пропало.

По приказу инквизитора меня подняли на ноги. Вместе со мной поднялся и спасенный мной незнакомец.

Палата превратилась в хаос, состоящий из перевернутых кроватей и тел колдунов.

– Что и требовалось доказать. – усмехнулся Нектарьевич в глаза своему врагу. – Гофместер-то в Ордене Синей Розы у нас просто феникс какой-то: все воскресает и воскресает.

Я отшатнулся.

– Да, Вася, ты никого не убивал. Орден Синей Розы предложил нам игру, а мы не отказались в ней поучаствовать, но предупредить тебя раньше означало провалить все дело. Эти ребята не маги и даже не колдуны, а настоящие преступники по всем меркам: и по человеческим, и по эзотерическим.

– Рано радуешься, Даня. И рано обвиняешь. – противник недобро усмехнулся.

– Ну отчего же? – я заметил, как сжались пальцы Нектарьевича, как побелели казанки его пальцев.

– Инквизиторы всегда были легавыми. – возмутился пленник. – Вы только по следу бежать горазды, но настоящие волкодавы – это мы. Вы служите хозяевам, а мы свободны. А труп на меня не повесить, господа хорошие. От такого поступка меня уберег ваш смышленый мальчик, он же мне и алиби обеспечил. А самое главное: где вы видите мертвеца? Может быть, человека-то и не было?

Оперативники уводили задержанных.

– Даниил Нектарьевич, можно мне на свежий воздух? – мне было душно.

– Тяга к свежему воздуху тебя и погубит, Фернаго. – сказал арестованный гофмейстер. – Эх, не успели тебя убрать ни в общаге, ни на «железке». Что ж, живи, крысеныш, выкормыш инквизиции. Только помни, что Нектарьевич твой хорошим только прикидывается. Он палач и по должности, и по сути.