Темный Принц

Юлиан и сам больше любил этот город таким, каким он становился после заката – в темноте ярче чувствовалось дыхание прошедших столетий. Но сейчас ему некогда было любоваться видами.

Навстречу попалась одна из Стражниц. Юлиан не помнил ее имени, но она не могла не помнить его. Съёжившись и придерживая капюшон, он прошмыгнул мимо.

Юркнув в неприметную нишу в холле, Юлиан постучал по выступу барельефа, и одна из тяжёлых плит под ногами сдвинулась с места, открывая освещенную лестницу вниз.

Он, не раздумывая, спустился по ней.

– Магистр? – недоуменно спросил он, увидев Юлиана.

Голос его звучал подозрительно. Юлиан пригляделся к Стражу и узнал человека Стеллы.

Ослепительная улыбка осветила лицо Магистра.

– Ну что ты, Перкинс? Это же я, Деррил. Мне сегодня в ночную.

Взгляд Стража застыл, словно экран загрузки. Его память стирала настоящее воспоминание и записывала ложное – то, которое хотел оставить там Юлиан.

Убедившись в успехе внушения, он поспешил к лифтам. Войдя в свободный, Юлиан нажал на панели управления цифру пять.

– Держись, маленькая, — неожиданно сам для себя прошептал он, наблюдая, как мигают номера этажей.

Юлиану вспомнилось, как он провожал Делис и Тео в зимний лагерь. Девушка светилась в предвкушении. Ее алые губы приоткрылись, золотистые глаза то и дело поглядывали на часы.

Юлиан был рад за неё. Все же отличная традиция – отправлять неофитов на зиму в малонаселенные места, чтобы потренироваться и восстановить силы.

Ребята ждали этой поездки весь год. Юлиан даже немного завидовал. У него как раз начиналась самая напряженная пора – в конце года все Приоры съезжались в Цитадель на собрания. Ладить с двухсот пятьюдесятью тянущих на себя одеяло стариками было непросто даже будучи сильным телепатом. Юлиан страшно не любил эти предновогодние собрания.

Счастливо избежавший всех этих хлопот Тео беспечно болтал с Делис о предстоящих праздниках.

Тео же оставался за пределами десятки, но его это похоже не задевало. Младший брат Юлиана был абсолютно лишен тщеславия и амбиций. Находись они в фильме, он был бы идеальным героем второго плана. И это наверняка вполне бы его устроило.