Сезон охоты

В зале наступила тишина, все настолько внимательно за ней следили, что я невольно напрягся и потянулся к кобуре.

— Позвольте вам представить мою многоуважаемую невесту, что изволила сделать мне предложение руки и сердца.

После этой фразы графа, Курочкина исполнила некое весьма отдаленное подобие реверанса, согнув при этом спину... Я прямо видел те титанические усилия, которые предпринимали гости, чтобы не рассмеяться раньше времени.

— Моя многоуважаемая невеста столь прекрасна лицом и телом, что я потерял дар речи, увидев её, и даже забыл поинтересоваться её приданым.

— С удовольствием, — с милой улыбкой ответила Света. — Я намерена научиться драться на мече и скакать верхом. Моя не собираться вышивать бисером или крестиком и сидеть у окошка. Я быть в походах рядом с моя супруг.

— Господи, ну и акцент у неё, — Алексей закрыл лицо руками, чтобы никто не видел, что он смеется.

— Скажите, а как вы намерены управлять поместьем? — поинтересовалась статная дама, которая легко бы послужила натурщицей для Рубенса. — Знаете ли вы, сколько нужно мер зерна на пять стадий поля? А как вы посчитаете, какую часть урожая сервы должны сдать как оброк, какую сложить в общественное хранилище, а какую часть могут оставить себе?

— Это не занятие для благородной дама, — легко отмахнулась наша будущая королева. — Моя будет заниматься более достойными делами.

— Служить Его величеству дело, безусловно, достойное, — вмешался в разговор рыцарь с сединой в волосах. — И вы, конечно, знаете, сколько мер овса надо брать на сотню всадников для похода, скажем на десять дней? И конечно вы знаете, сколько составляет обычное жалование вольнонаемного лучника в походе? И уж разумеется вы в курсе, сколько стоит платить наемникам, а ведь эти бестии всегда готовы заломить цену за свои услуги в два — три раза.

— Это все ерунда! На войне побеждают верой и храбростью!

— Слуги доложили мне, — посмеиваясь в усы, сказал граф.

Этого уже гости выдержать не смогли.... Они хохотали, утирали выступавшие от смеха слезы и совершенно неприлично тыкали пальцами в бедную, покрасневшую до корней волос Свету Курочкину.