Сезон охоты

А вот я почувствовал азарт охотника и сам ни с кем не хотел делиться возможностью выследить, наконец, эту тварь.

***

Суккуба Марина мрачно сидела на матрасе возле пластикового подноса с почти нетронутой едой.

— Привет, — улыбнувшись, произнес я. — Мне сказали, ты почти ничего не ешь.

— Аппетита нет, — хмуро ответила она.

— Зря. Поверь моему опыту, никогда не стоит пренебрегать возможностью поесть. Кто знает, когда еще так повезет?

— Вы тоже заботливо протираете место для укола смертельной инъекцией спиртом? — съязвила Марина.

— Нет, у нас практикуют старый добрый расстрел с последующей кремацией тела. Садись за стол, — я отодвинул стул и пригласил девушку.

— Мне и здесь удобно, — она отвернулась к стене.

— Сядь!

— А то что?!

— Будешь дальше сидеть на матрасе и потеряешь свой последний шанс побывать на свободе.

Марина недоверчиво посмотрела на меня, но поднялась и села на стул. Я довольно усмехнулся и занял свое место за столом, напротив неё.

— Мне нужна твоя помощь. В городе орудует серийный маньяк, он убивает молодых девушек и потрошит их тела.

— А вы никак не можете его поймать. Как же так? — суккуба наклонила голову к плечу и с интересным выражением лица уставилась на меня.

— Да не можем. А вот ты можешь нам помочь. Этот убийца ничем не отличается от того, кто убил твою подругу.

— Да? Мне тут кое-кто говорил, что нелюдям нельзя убивать людей из мести? Кто бы это мог быть, ты не знаешь?

Я сдержался и спокойно продолжил:

— Тебе никто не предлагает его убивать, надо всего лишь найти.

— Ну, тогда причем здесь я?

— Нам нужна твоя помощь.

— А с чего мне вам помогать? Кто мне тут доказывал, что я не человек? Напомнить? Я хорошо запомнила твои слова.

— Вот как? Тогда чего стоят твои слова о людях, которые недостойны жизни?

Девушка презрительно фыркнула:

— Ха.

— Хорошо, — Я раскрыл папку, достал из неё фотографии и положил перед ней. — Тогда попробуй сказать мне, что тот, кто это сделал — человек.

Марина из любопытства подвинула к себе фотографии и вздрогнула, увидев тела жертв маньяка.

— Ты не хочешь помогать Ордену. Твое право.