Сезон охоты

А Наниэль, не обратив на это внимания, продолжила рассуждать вслух:

— Проклятье ведьм выпивает силы у Игоря. У него их много и только поэтому он до сих пор жив. Сильная слабость — это лишь первый симптом. Потом может развиться недостаточность внутренних органов...

— Это проклятье готовили заранее! — догадалась вдруг Наниэль. — Это не просто сгоряча брошенное заклятье! Оно должно было сработать в бою и убить Игоря, но был второй слой, который начинал работать со временем. Чтобы добить его наверняка.

— Есть еще и третий, — уверенно добавила Феникс.

— Возможно...

— Я знаю, как обмануть проклятье и уничтожить его.

На ладони рыжей волшебницы появилось небольшое пламя светло-желтого цвета. Эльфийка прищурившись, посмотрела на огонь, потом перевела взгляд на Феникс.

— Светлое пламя? И что ты сможешь с его помощью сделать?

— Сжечь проклятье изнутри. Если направить огонь туда, заклятье ведьм попытается выпить эту силу, как выпивает твои лечащие заклинания и собственную силу Игоря.

— Хм... ты уверенна?

— Я уже это проверяла. Когда я делилась силой с Игорем — ему стало легче. Значит должно сработать.

— Я не о том. Ты сможешь все сделать правильно? Сумеешь направить силу в нужное место и не дать зацепить себя?

— А разве у нас есть другой выбор?

Эльфийка и волшебница встретились взглядами. Феникс смотрела прямо и твердо, а Наниэль не выдержала и отвела глаза в сторону.

— Учти, девочка, у меня не хватит сил вытащить вас обоих. Я буду спасать только Игоря.

— Я понимаю, — кивнула Феникс. — Я справлюсь.

Подготовка не заняла много времени. Наниэль закрыла дверь в лазарет, а Феникс разделась и распустила волосы.

— Начинаю, — негромко сказала волшебница и закрыла глаза.

По её волосам пробежали огненно-рыжие искры и через мгновение волосы вспыхнули ярким пламенем! Огонь за несколько секунд охватили почти все тело девушки, но её это не беспокоило и не причиняло никакого вреда.

Как сказочная жар-птица, одетая в сотканную из огня мантию и увенчанная пламенной короной Феникс шагнула к Игорю и положила руку ему на грудь.

«Дающий имена, превзошел сам себя, когда назвал её Фениксом.» — Подумала Наниэль, с восхищением наблюдавшая за волшебницей.