Абьюз

Мне по старинке нравится, когда всё словно утопает в лунном свете. Винтажно и старомодно.

Демонстрируя возможности новой световой техники, Синтия нажимала на кнопки. И в зависимости от подсветки действительно менялось всё. Но мне, как и ей, тоже ближе естественные тона.

Серебристо-голубоватое мерцание льдистого потолка, лунное сияние колонн вызывало во мне чувства, что я попала в настоящий снежный дворец, то ли Джека Фроста, то ли Ледяного Сердца, то ли Снежной Королевы.

Холодное мерцание льда, луны и ночи – этакое готическое царство Смерти.

Красная подсветка мне категорически не понравилась. Мы словно оказывались на дне адского котлована. Бр-р!

– Хочешь выпить? – предложила она.

– Я не пью.

Удивление Синтии казалось искренним:

– Не пьёшь? Вот это да! Довольно неожиданно для девочки из твоего окружения. Хотя, если подумать? – усмехнулась она. – Если подумать, то не так уж и неожиданно. Когда все вокруг трезвинники тянет выпить, а когда все вокруг с утра до вечера лакают виски, логично заделаться трезвенником.

Протест он такой протест. Ну, не хочешь спиртного, может быть, сгодится чай?

– Против чая не возражаю.

– Штат прислуги пока набирают, а тех, кого уже наняли я обычно после семи отпускаю по домам. Так что, если не возражаешь, пойдём на кухню и всё сделаем сами.

Я не возражала.

Кухня выглядела одновременно и уютней, и архаичной. Находилась она, насколько я разобралась, в цокольном этаже. Чем ближе к фундаменту, тем меньше нововведений.

И тут не нужно быть историком, чтобы невооружённым взглядом рассмотреть остатки сгинувшего в других местах без следа жизненного уклада.

Раньше готовили на открытых очагах, но теперь, слава богу, и здесь стоял ряд новеньких газовых плит.

– Несмотря на то, что восстановительные работы ведутся полгода, и за них щедро платят, реформация коснулась не всего, как видишь, – проговорила Синтия, колдуя над плитой, чайником и заварником.

– К свадьбе Альберта планирую завершить всё. Впрочем, можно и по-другому посмотреть на проблему – свадьба Альберта как вишенка на торте, станет венчать воскрешение родового гнезда.

– А я тут при чём?

– Всё-таки спросила? – усмехнулась Синтия. – Ну, я знала, что рано или поздно этим всё равно закончится.

Из буфета она, по-хозяйски, совсем по-человечески достала, одну за другой, вазочки с булочками, конфетами, печеньями и душистым вареньем.