Святоша. Империя храмов

Рукопожатие оказалось крепким и цепким. Император чуть нахмурился, увидев мою молодую рожу, но затем улыбнулся, немного измученно. Кто его так утомил, я знал.

— Жаль, что так рано пришлось тебе начать непростую службу, адепт, — заботливо сказал он.

— Благодарю, ваше императорское величество! — заученно выдал я. — Рад служить импе...

— А ты откуда будешь? — неожиданно прервал меня государь.

— Из Оренбургской губернии, — я моргнул от неожиданности и торопливо добавил: — Ваше величество.

Меня слегка прошиб холодный пот.

Долбанный уезд, какой уезд, чтоб его? Если он спросит, что делать - в обморок от великой чести грохнуться? На нас и без того смотрели все, ловя каждое слово и жест императора.

— Волконского вотчина. Надо поблагодарить его светлость за таких бойцов, — ответил правитель и наконец отпустил мою руку.

Выдыхал я осторожно, уже когда он отошел и повернулся к гостям. Только тогда император и задвинул речь, как положено. Про честь, отвагу и борьбу со злом. Выражал сочувствие, подбадривал монахов и кидал неявные угрозы аристократам.

Мол, без него и его церкви пойдут все на корм демонам.

Обычная речь при награждении, просто враг тут был хтонический. Хотя, судя по взглядам некоторых, присутствовали враги и внутренние. Династийное правление всегда вызывало зависть, а уж учитывая, что древних родов тут немало...

Перед награждением провели моё посвящение. Торжественно, в центре всеобщего внимания и софитов. Под пристальным холодным взглядом его величества я произносил слова клятвы.

Ну хоть зачитывал из книги, не требовали наизусть.

Как я понял из объяснений Глеба, кровь самодержца подавалась в кубке с очередным непонятным пойлом. Уж не знаю, сдавал он её и потом хранили, или свежая была. Но со мной сделали иначе.

Император достал из поясных ножен кинжал. Рукоять, щедро украшена драгоценными камнями, сверкнула в ярком свете. Раздался удивленный вздох толпы, быстрый взмах и на левой руке мужчины проступила кровь.

О такой дичи меня не предупреждали, но я смело протянул свою руку и стойко не вздрогнул, когда лезвие обожгло ладонь.

В следующий момент наши руки сомкнулись и в голове загудело.

— Так раньше принимали клятву верности у всех служителей, — негромко и с ностальгией сказал монарх и неожиданно весело подмигнул. — Мы теперь кровники с тобой, юноша. Не подведи своего императора.

Я так ошалел, что поблагодарить забыл. То, что происходит что-то необычное, было ясно по вытянутым лицам аристократии.